Том 29. Письма 1833-1854

Правильно ли Вы поступаете, спрашиваете Вы, посвящая столько времени тому, что может в конечном счете оказаться неудачей? Если Вы испытываете при этом душевную горечь или отвращение к Вашему основному делу, Вы поступаете, безусловно, неправильно. Если же у Вас хватает духовных сил спокойно исполнять свой долг, а к этим Вашим занятиям относиться как к отдыху и утешению, то никто не вправе лишать Вас этого, и Вы поступаете правильно. Решить этот вопрос можете только Вы, и больше никто. Впрочем, решить его нетрудно. После того, как Вы тщательно отделаете какую-нибудь свою вещь и будете ею довольны сами, сделайте пробу, о которой я Вам говорил. Если в одном месте не выйдет, посылайте в другое. Если после десятка таких проб Вы с каждым новым провалом начнете испытывать досаду и разочарование, заприте Ваши сочинения в стол, сожгите перо и благодарите небеса, что Вам не приходится зарабатывать себе на хлеб с его помощью.

Преданный Вам.

64БУЛЬВЕР-ЛИТТОНУ

Девоншир-террас, 1, Йорк-гейт,

12 декабря 1840 г.

Дорогой сэр Эдвард.

Позвольте поблагодарить Вас за комедию [72], которую я получил нынче утром. Как я сказал Макриди, когда он прочитал мне ее несколько недель тому назад, я не помню, со времени «Добродушного человека» [73], пьесы, которая бы отличалась такой правдивой, умной и своеобразной обрисовкой характеров; теперь же, когда я познакомился с нею еще лучше, я еще более глубоко убедился в этом.

Вы, вероятно, уже угадали, что я был на спектакле в прошлый вторник. От души поздравляю Вас с блистательным успехом у публики и надеюсь, что он побудит Вас и впредь следовать тем же путем. Я убежден, что тут Вы единственный в своем роде.

Преданный Вам.

65ДЖОРДЖУ КЕТТЕРМОЛУ

Девоншир-террас, 1,

понедельник, 13, 1840 г.

Дорогой Кеттермол,

Я хочу обсудить с Вами одно чрезвычайно важное дело. Мой новый журнал, вернее, его первый номер выйдет в свет в субботу, 28 марта; и поскольку его надо будет посылать в Америку и в Германию — а это значит, что он должен быть подготовлен заранее, — он находится в работе уже сейчас, точнее, я начал им заниматься в прошлую субботу. Журнал будет издаваться не только ежемесячными выпусками по шиллингу за штуку, но и еженедельными по три пенса за выпуск. Моя цель при этом — расстроить планы наших соперников и сделать журнал как можно более современным. Что касается его содержания, то у меня есть оригинальный замысел, позволяющий коснуться множества тем. Название «Часы мистера Хамфри».

Теперь вот что. Размышляя о том, как усовершенствовать свой журнал, я подумал и об иллюстрациях и решил помещать гравюры по дереву в тексте, а не на отдельных страницах. Мне бы хотелось знать, не согласились ли бы Вы сделать небольшой эскизик для гравюры — вы вполне можете обойтись тушью, — а размером он может не превышать тот клочок бумаги, который я вкладываю в этот конверт. Тема: старинная, необычного вида комната, обставленная старомодной елизаветинской мебелью: в том углу, где камин, причудливые старые часы, принадлежащие мистеру Хамфри. Никаких фигур. Эту гравюру я помещу на вступительной странице.

Кроме того, я хочу знать, — а поскольку Чепмен и Холл мои компаньоны, то я могу без всяких церемоний задать Вам этот вопрос, а Вы мне на него без церемонии ответите, — сколько Вам надо заплатить за такую работу, и не захотите ли Вы (если она Вас заинтересует) время от времени повторять эту забаву, и если да, то на каких условиях? Должен сказать, что я намерен также привлечь к подобной же работе Маклиза и что репродуцирование рисунков, выжженных и гравированных по дереву, будет осуществляться первоклассно. Опыт прошлого дает нам основания предполагать, что журнал будет пользоваться огромным успехом и популярностью. Я надеюсь, что, когда я поделюсь с Вами своими замыслами, Вы и сами убедитесь, что у нас непочатый край отличных тем.

Мне бы очень хотелось потолковать с Вами об этом деле, и я предпочел бы, чтобы Вы сами назначили мне место и время свидания. Мы могли бы встретиться здесь, или в Вашем доме, или в «Атэнеуме» [74]. Но я думаю, что первое было бы лучше всего, так как здесь у меня под рукой все бумаги. Если Вы согласны позавтракать у меня, скажем, во вторник или в среду, то за две минуты я скажу Вам больше, чем мог бы написать в двадцати письмах, подобных этому, несмотря на то что я старался писать так деловито и глупо, как положено.

Все эти грандиозные приготовления, разумеется, должны храниться в величайшей тайне, иначе на сцену выскочит сразу пятьдесят мистеров Хамфри. А посему черкните мне записочку, как подобает уважаемому джентльмену, и передайте мой нижайший поклон Вашей уважаемой супруге.

Примите уверения, мой дорогой Кеттермол, в моей постоянной и искренней преданности.

66ДЖОРДЖУ КЕТТЕРМОЛУ

Девоншир-террас,

21 декабря 1840 г.

Мой дорогой Джордж,