Том 3. Посмертные записки Пиквикского клуба (главы XXXI-LVII). Часы мистера Хамфри

— Тебе не следует волноваться, Мэри-Энн, — вмешалась миссис Клаппинс. — Право же, ты должна беречь себя, моя дорогая, а этого ты никогда не делаешь. Да уйдите же, Редль, будьте так добры, ведь вы ее только раздражаете!

— В самом деле, сэр, вы бы лучше взяли свой чай и удалились, — сказала миссис Роджерс, снова прибегая к своему флакону.

Миссис Сендерс, которая, по обыкновению, приналегала на хлеб с маслом, высказала то же мнение, и мистер Редль потихоньку удалился.

Затем юный Бардл, хотя он был уже несколько велик для таких объятий, торжественно был водружен на колени матери, во время каковой процедуры его башмаки очутились на чайном подносе, произведя некоторый беспорядок среди чашек и блюдец. Так как истерические припадки, заразительные в дамском обществе, редко затягиваются, то, расцеловав юного Бардла и немножко всплакнув над ним, миссис Бардл оправилась, спустила его с колен, подивилась, как это она могла быть такой глупышкой, и налила себе еще чаю.

В этот самый момент раздался стук подъезжающего экипажа, и леди, подняв глаза, увидели наемную карету, остановившуюся у ворот сада.

— Еще кто-то приехал, — заметила миссис Сендерс.

— Это джентльмен, — сказала миссис Редль.

— Как! Да ведь это мистер Джексон, молодой человек из контдры Додсона и Фогга! — воскликнула миссис Бардл. — Ах, боже мой! Неужели мистер Пиквик уплатил убытки?

— Или согласился на брак! — подхватила миссис Клаппинс.

— Ах, какой медлительный джентльмен! — воскликнула миссис Роджерс. — Почему он не поторопится?

Когда леди произнесла эти слова, мистер Джексон отошел от кареты, сделав предварительно какое-то замечание обтрепанному человеку в черных гамашах и с толстой ясеневой палкой, только что вышедшему из экипажа, и, закручивая при этом волосы под полями шляпы, направился к тому месту, где сидели леди.

— В чем дело? Что-нибудь случилось, мистер Джексон? — взволнованно осведомилась миссис Бардл.

— Решительно ничего, сударыня, — ответил мистер Джексон. — Как поживаете, леди? Я должен просить прощения за то, что вторгаюсь в вашу компанию, но закон, леди… закон.

Принеся извинения, мистер Джексон улыбнулся, отвесил общий поклон и снова закрутил волосы. Миссис Роджерс шепнула миссис Редль, что он очень элегантный молодой человек.

— Я зашел на Госуэлл-стрит, — продолжал Джексон, — и, узнав от служанки, что вы здесь, нанял карету и приехал. Нам нужно видеть вас в городе, миссис Бардл.

— Ах! — воскликнула эта леди, встрепенувшись от неожиданного сообщения.

— Да, — подтвердил Джексон, покусывая губы. — Это очень важное и срочное дело, не терпящее отлагательства. Именно так выразился Додсон, а также и Фогг. Я задержал карету, чтобы отвезти вас назад.

— Как странно! — удивилась миссис Бардл.

По мнению всех леди, это было действительно очень странно, но они единогласно пришли к тому заключению, что дело, должно быть, очень важное, иначе Додсон и Фогг не прислали бы за нею, и что дело это срочное, а посему следует немедленно ехать к Додсону и Фоггу.

Есть основания гордиться и важничать, когда тебя с такой чудовищной поспешностью вызывают твои адвокаты, и миссис Бардл испытывала некоторое удовольствие, главным образом потому, что это должно было повысить ей цену в глазах жилицы бельэтажа. Она как-то глупо улыбнулась, притворилась очень недовольной и колеблющейся и, наконец, пришла к тому заключению, что, кажется, нужно ехать.

— Не хотите ли освежиться после поездки, мистер Джексон? — предложила миссис Бардл.

— Право же, нельзя терять время, — ответил Джексон. — И я здесь с приятелем, — добавил он, посмотрев на человека с ясеневой палкой.

— Попросите своего приятеля пожаловать сюда, сэр, — сказала миссис Бардл. — Пожалуйста, пригласите своего приятеля.

— Благодарю вас, не стоит, — возразил мистер Джексон, слегка замявшись. — Он не привык к обществу леди и будет стесняться. Если вы прикажете лакею подать ему стаканчик чего-нибудь покрепче, вряд ли он откажется выпить — можете его испытать!

Мистер Джексон игриво покрутил пальцами вокруг носа, давая понять слушателям, что он говорит иронически.

Лакей был немедленно отправлен к застенчивому джентльмену, и застенчивый джентльмен выпил, мистер Джексон тоже выпил, и леди выпили — за компанию. Затем мистер Джексон объявил, что пора ехать, после чего миссис Сендерс, миссис Клаппинс и Томми (которые должны были сопровождать миссис Бардл, тогда как прочие остались на попечении мистера Редля) разместились в карете.

— Айзек, — сказал Джексон, когда миссис Бардл собиралась последовать за ними, и посмотрел на человека с ясеневой палкой, сидевшего на козлах и курившего сигару.

— Что?

— Это миссис Бардл.

— Я давным-давно догадался, — ответил тот.

Миссис Бардл влезла в карету, мистер Джексон влез вслед за ней, и они уехали. Миссис Бардл невольно призадумалась над тем, что сказал приятель мистера Джексона. Ну, и проницательный народ эти джентльмены законники! Господи помилуй, как они знают людей!

— Печальная история с издержками нашей фирмы, не правда ли? — сказал мистер Джексон, когда миссис Сендерс и миссис Клаппинс заснули. — Я имею в виду ваш счет.