Том 4. Часть 2. Голливуд. Конец немого кино, 1919-1929

В 1921 году 100 тысяч долларов составляли внушительную сумму. Однако Хейс попросил время на размышления и согласился принять пост, лишь окончательно осознав роль кино в современном мире. Его решимость заняться кино окрепла, когда он увидел, как его племянники играют в ковбоев, в Харта и в Дугласа Фэрбэнкса.

В начале марта 1922 года Уильям Хейс вступил во владение своей конторой на Пятой Авеню, 552 в Нью-Йорке. Киномагнаты поднесли ему громадный букет в форме лошадиной подковы. Был ли этот букет талисманом на счастье для «Парамаунт», нарушившей антитрестовский закон и запятнанной делами Фатти и Уильяма Тэйлора? Цукор имел все основания радоваться, когда экс-«генеральный почтмейстер» поступил к нему на службу, поскольку в его мемуарах можно прочесть: «Уильям Хейс пустился в плавание по исключительно бурному морю. И с самого начала он твердо держал руль в руках. Позже пресса назвала его «царем кино». Но прозвище совершенно не соответствовало истине. Он был подлинным дипломатом. Тонкость его суждений сочеталась с неустанным трудом, что оказало решающее влияние на киноиндустрию» [18].

Сей «дипломат» начал с реорганизации американской кинематографической промышленности. До его прихода в кино о нем писали: «От него ждут общего повышения производства, стабилизации кинопромышленности и концентрации всех усилий для улучшения качества фильмов, а вовсе не защиты от нападок противников кино с Помощью справедливой цензуры, покоящейся на прочном основании. И миллионы долларов, которые никто не хотел вкладывать в эту не дающую гарантий индустрию, потекут в нее, как только Хейс возьмет бразды правления в свои руки и восстановит порядок и доверие к ней».

Доверенное лицо крупнейших американских дельцов, Уильям Хейс одним своим присутствием на посту главы МППДА должен был склонить Уолл-стрит к крупным капиталовложениям в киноиндустрию. Для этого он получил широкие полномочия.

Будучи президентом и председателем административного совета и исполнительного комитета, Хейс выступал в роли глашатая Ассоциации во всех взаимоотношениях с публикой. Регламент Ассоциации предоставлял президенту право вето на любое решение административного совета, исполнительного комитета или генеральной ассамблеи. Вето могло быть отменено при голосовании большинством в две трети голосов.

Ближайшими помощниками «царя кино» стали демократ Петтиджон и республиканец Коуртлэнд Смит, президент одной из журналистских ассоциаций и его правая рука в министерстве почт. Хейс произнес программную речь, в которой, в частности, сказал: «Кино уже сейчас превратилось в любимое развлечение большинства людей. А для многих миллионов оно — единственный вид развлечения. Кино может стать национальным наставником. В нашей стране говорят на пятидесяти языках, но изображение одно и то же для всех. Возможности кино в области морального воздействия беспредельны. И мы должны защищать кинематограф, как мы защищаем наши церкви и школы. Я уверен, что наступит день, и мне доведется увидеть (мне только сорок два года), как кино будут использовать в школе наряду с букварем».

Превратить кинематограф в «наставника» благодаря его «беспредельному влиянию» была одной из задач, определенных статусом МППДА, где говорилось: «Служить общим интересам лиц, занятых в кинопромышленности, добиваясь высокого морального н художественного уровня и поддерживая его на должной высоте, развивая воспитательную ценность кино наряду с его развлекательными качествами. Всемерно помогать развитию общедоступности кино, распространяя точную и достоверную информацию об этой промышленности, борясь со злоупотреблениями в ней, защищая его свободу от нарушений справедливости и законности с помощью легальных и доступных средств» [19].

Но Хейса волновала не только моральная сторона дела. Одной из его первых забот стала разработка типовых контрактов на прокат фильмов, обязательных для всех прокатчиков. Их организация, МПТОА (Motion Picture Theatre Ovvners Association — Ассоциация вла-дельцев кинотеатров), недавно вела закончившиеся провалом переговоры с независимыми продюсерами в попытке покончить с «блок букинг» (прокатом с нагрузкой). Эта практика вынуждала их брать наряду с первокласными фильмами посредственные ленты того же продюсера. Прокатчики Нью-Йорка вышли из МПТОА — организации, которой Уильям Хейс навязал типовой договор. Вот что пишет по этому поводу Терри Рамсей: «Одной из важнейших услуг, оказанной им киноиндустрии, была разработка этих типовых контрактов, определяющих взаимоотношения поставщиков и прокатчиков. В конце концов был создан действенный документ вместо разноречивых текстов. Влиятельная арбитражная организация помогла избежать судебных процессов, которые возникли бы по причине множества разногласий, касающихся фильмов».

Эта арбитражная комиссия (Theatre Service Department) вскоре открыла 32 кинозала в ключевых американских городах и помогла некоторым членам МППДА, и прежде всего Цукору, выиграть «битву за кинотеатры».