Том 4. Стиховедение

Стих с двумя константами (в таблицах — строки 9–11). Единственный бесспорный образец такого стиха дает Шульц. По существу, это тоже попытка сохранить константу на шестой стопе, но избежать при этом «александрийской» двухчленности. Цезуры после шестого слога Шульц решительно избегает: для него это тем более необходимо, что третья стопа у него несет ударение почти всегда (так что, по сути, его стих имеет даже не две, а три константы) и, следовательно, серединная цезура сразу разломила бы его на два 3-стопных ямба с мужскими окончаниями. Это повышение ударности на третьей стопе и ослабление словораздела после шестого слога не задано моделью (в таблице — строка 9) и представляет собой результат стремления переводчика к повышенной четкости вторичного ритма. Пример:

Сколь ненавистно имя всем богам твое,Подагра, дочь Коцита, сколько слез в тебе!В глубинах черных Ада родила тебяЭриния Мегера и вскормила тамСвоею грудью; после молоко, как яд,Жестокому младенцу Аллекто дала.О самый гнусный демон, кто дерзнул тебяПустить на свет? Погибель ты приносишь нам.

Другой текст, в котором можно усмотреть попытку (хотя и не удавшуюся) создать стих с двумя константами, — это текст Овчинникова, в котором ударность пятой стопы необычно высока, а четвертой стопы необычно низка для 6-стопного ямба, чем решительно меняется весь рисунок ритмической волны. Эта повышенная ударность предконстантной стопы и кажется попыткой создать вторую константу. Скудость материала (57 стихов) не позволяет судить, был ли этот сдвиг ударного минимума с пятой на четвертую стопу намеренным или случайным; но, во всяком случае, 6-стопный ямб монолога Эрихто вовсе непохож на обычный рифмованный 6-стопный ямб Овчинникова, в котором у него всегда соблюдаются и «александрийская» цезура, и даже постоянное ударение перед ней (неожиданное воскрешение 6-стопника Тредиаковского). Вот начало этого монолога:

На страшный праздник этой ночи я опять,Ерихта мрачная, пришла — не столь гадка,Как стихотворцы злобные чрезчур меняЧернят, пятнают: никогда хвалить, хулитьОни не перестанут. Предо мной в глубиДолины восстает наметов серый вал…

5

Соперничество стиха с константой на V стопе и стиха без константы (в таблицах — строки 12–21). История этого соперничества распадается на два этапа. На первом этапе антагонистами выступают Фет и Холодковский, на втором — Вяч. Иванов и Артюшков. Так как Фет и Холодковский разрабатывали свой стих на одном и том же материале — на переводе «Фауста», то сравнение их решений особенно показательно.

Вот образец немецкого оригинала (в строках 3, 6 и 8 отмечены курсивом трехсложные замены ямбических стоп, о которых речь еще будет):

Alt ist das Wort, doch bleibet hoch und wahr der Sinn:Daß Scham und Schönheit nie zusammen, Hand in Hand,Den Weg verfolgen über der Erde grünen Pfad.Tief eingewurzelt wohnt in beiden alter Haß,Daß wo sie immer irgend auch des Weges sichBegegnen, jede der Gegnerin den Rücken kehrt……Wer Gegenwarts der Frau die Dienerinnen schilt,Der Gebietrin Hausrecht tastet er vermessen an:Denn ihr gebührt allein, das LebenswürdigeZu rühmen, wie zu strafen, was verwerflich ist…

Вот образец перевода Холодковского:

Старо, но вечно верно слово мудрое,Что стыд с красой по-дружески, рука с рукой,Вовек не шли по полю жизни светлому.Глубоко в них таится злая ненависть:Когда они сойдутся на пути своем —Спиной тотчас друг к другу обращаются,И каждый вновь идет своей дорогою:С печалью стыд, краса с надменной гордостью…

Вот те же строки в переводе Фета: