Читаем Том 6. Зарубежная литература и театр полностью

(24) Имеются в виду произведения Макиавелли: «Государь» — о Чезаре (Цезаре) Борджа, правителе Романьи, для достижения своих целей и установления неограниченной власти не брезговавшего никакими средствами, вплоть до подкупов, убийств и предательств; и «Жизнь Каструччо Кастракани из Лукки» — об известном кондотьере XIV века, под жестоким и решительным правлением которого Лукка сделалась крупным политическим центром Италии.

(25) То есть венецианки на картинах итальянского живописца Якопо Пальмы Веккьо.

(26) «Бранд» (1865) — драматическая поэма Г. Ибсена.

(27) «Потонувший колокол» (1896) — драматическая сказка Г. Гауптмана.

(28) В первоначальной публикации (в журнале «Правда») к этой фразе имелось следующее подстрочное примечание автора:

«Не могу не рассказать здесь одного случая. Это было в Реймсе, где мне пришлось лет семь-восемь тому назад прожить несколько месяцев.

Я видел известную мелодраму Декурселя „Два подростка“. Был я на галерке. Рядом со мною сидела рабочая семья, между прочим, девочка лет пятнадцати, очень нервно следившая за всеми перипетиями этой ловко сделанной пьесы.

После какого-то особенно трагического эпизода девочка истерически разрыдалась. Мать, брат и кое-кто из публики старались ее успокоить, а она, рыдая, все повторяла: „Oh comme tout le monde est malheureux, oh, comme j'aime tout le monde“. To была славная душа. Но нашла ли она на дне чаши трагическое спокойствие и веселье, о котором говорит Аристотель? Окрепла ли немного ее молодая душа после этого художественного страдания?

Я предполагаю, что да».

(29) 7-я сцена II действия трагедии Д'Аннунцио «Дочь Иорио» (1904).

(30) Использование фразы («Carthaginem esse delendam»), которой заканчивал свои речи в сенате римский государственный деятель Катон Старший, требовавший разрушения Карфагена — соперника Рима.


Театр Сема Бенелли*

Впервые напечатано в газете «Киевская мысль», 1910, № 155, 6 июня, и в книге: Сем Бенелли, Ужин шуток. Драматическая поэма в 4-х действиях. Перевод с итальянского Н. Бронштейна и А. Воротникова, со статьей о театре Сем-Бенелли А. Луначарского, М. 1910.

Статья написана в Италии, куда Луначарский эмигрировал в 1906 году в связи с угрозой репрессий со стороны царского правительства.

Печатается по тексту сборника «О театре».


(1) Написана в 1908 году.

(2) Точнее «Лоренцаччо» (1834); Лоренцаччо — имя с оттенком презрения, утвердившееся за Лоренцино Медичи.

(3) Бенелли отказался от традиционного для итальянской драмы «декламаторского» стиха, создав свободный стих, близкий к разговорной речи.

(4) Подстрочное примечание автора имеется во всех публикациях настоящей статьи.

(5) Драматическая поэма «Ужин шуток» («La Cena delle beffe») впервые была поставлена в римском театре Argentina (премьера — 16 апреля 1909 г.). В Париже пьеса шла в театре Сары Бернар в переводе Жана Ришпена (под названием «La Beffa» — «Издевательство»); Сара Бернар исполняла роль Джаннетто.

(6) «La Chanson des Gueux», 1876 («Песня босяков») — поэтический сборник французского поэта Жана Ришпена, в котором воспевается мир босяков и бродяг.

(7) Сюжет «Ужина шуток» был почерпнут Бенелли из сборника новелл «Вечерние трапезы» («Le Gene») итальянского писателя XVI века Граццини Антонио Франческо (по прозвищу Ласка).

(8) Маньифико — то есть Великолепный (Magnifico) — прозвище правителя Флоренции Лоренцо Медичи, к эпохе которого приурочено действие драмы.

(9) Речь идет о Лоренцо Медичи.

(10) У Анатоля Франса: «звуки самого нежного из человеческих наречий» (Пролог к сборнику новелл «Колодезь святой Клары», 1895. — См. А. Франс, Собр. соч. в восьми томах, т. 3, Гослитиздат, М. 1958, стр. 360). Под флорентийским языком имеется в виду тосканское наречие, легшее в основу итальянского литературного языка.

(11) «Любовь трех королей» была поставлена в римском театре Argentina (премьера — 16 апреля 1910 г.) «…Пьеса, хотя ее ожидали с большим благоволением, имела лишь скромный успех, а третье действие грозило даже провалом», — сообщалось о премьере в «Письмах из Италии» Паоло Буцци («Аполлон», 1910, № 9, июль — август, «Хроника», стр. 15). Присутствовавший на премьере А. В. Амфитеатров писал:

Перейти на страницу:

Все книги серии Луначарский А.В. Собрание сочинений в восьми томах

Похожие книги

Леонид Андреев
Леонид Андреев

Книга о знаменитом и вызывающем отчаянные споры современников писателе Серебряного века Леониде Андрееве написана драматургом и искусствоведом Натальей Скороход на основе вдумчивого изучения произведений героя, его эпистолярного наследия, воспоминаний современников. Автору удалось талантливо и по-новому воссоздать драму жизни человека, который ощущал противоречия своей переломной эпохи как собственную болезнь. История этой болезни, отраженная в книгах Андреева, поучительна и в то же время современна — несомненно, ее с интересом прочтут все, кто увлекается русской литературой.знак информационной продукции 16+

Наталья Степановна Скороход , Максим Горький , Георгий Иванович Чулков , Юлий Исаевич Айхенвальд

Биографии и Мемуары / Критика / Классическая проза ХX века / Русская классическая проза / Документальное
Русская критика
Русская критика

«Герои» книги известного арт-критика Капитолины Кокшеневой — это Вадим Кожинов, Валентин Распутин и Татьяна Доронина, Александр Проханов и Виктор Ерофеев, Владимир Маканин и Виктор Астафьев, Павел Крусанов, Татьяна Толстая и Владимир Сорокин, Александр Потемкин и Виктор Николаев, Петр Краснов, Олег Павлов и Вера Галактионова, а также многие другие писатели, критики и деятели культуры.Своими союзниками и сомысленниками автор считает современного русского философа Н.П. Ильина, исследователя культуры Н.И. Калягина, выдающихся русских мыслителей и публицистов прежних времен — Н.Н. Страхова, Н.Г. Дебольского, П.Е. Астафьева, М.О. Меньшикова. Перед вами — актуальная книга, обращенная к мыслящим русским людям, для которых важно уяснить вопросы творческой свободы и ее пределов, тенденции современной культуры.

Капитолина Антоновна Кокшенёва , Капитолина Кокшенева

Критика / Документальное
ОТКРЫТОСТЬ БЕЗДНЕ. ВСТРЕЧИ С ДОСТОЕВСКИМ
ОТКРЫТОСТЬ БЕЗДНЕ. ВСТРЕЧИ С ДОСТОЕВСКИМ

Творчество Достоевского постигается в свете его исповедания веры: «Если бы как-нибудь оказалось... что Христос вне истины и истина вне Христа, то я предпочел бы остаться с Христом вне истины...» (вне любой философской и религиозной идеи, вне любого мировоззрения). Автор исследует, как этот внутренний свет пробивается сквозь «точки безумия» героя Достоевского, в колебаниях между «идеалом Мадонны» и «идеалом содомским», – и пытается понять внутренний строй единого ненаписанного романа («Жития великого грешника»), отражением которого были пять написанных великих романов, начиная с «Преступления и наказания». Полемические гиперболы Достоевского связываются со становлением его стиля. Прослеживается, как вспышки ксенофобии снимаются в порывах к всемирной отзывчивости, к планете без ненависти («Сон смешного человека»). Творчество Достоевского постигается в свете его исповедания веры: «Если бы как-нибудь оказалось... что Христос вне истины и истина вне Христа, то я предпочел бы остаться с Христом вне истины...» (вне любой философской и религиозной идеи, вне любого мировоззрения). Автор исследует, как этот внутренний свет пробивается сквозь «точки безумия» героя Достоевского, в колебаниях между «идеалом Мадонны» и «идеалом содомским», – и пытается понять внутренний строй единого ненаписанного романа («Жития великого грешника»), отражением которого были пять написанных великих романов, начиная с «Преступления и наказания». Полемические гиперболы Достоевского связываются со становлением его стиля. Прослеживается, как вспышки ксенофобии снимаются в порывах к всемирной отзывчивости, к планете без ненависти («Сон смешного человека»). Творчество Достоевского постигается в свете его исповедания веры: «Если бы как-нибудь оказалось... что Христос вне истины и истина вне Христа, то я предпочел бы остаться с Христом вне истины...» (вне любой философской и религиозной идеи, вне любого мировоззрения). Автор исследует, как этот внутренний свет пробивается сквозь «точки безумия» героя Достоевского, в колебаниях между «идеалом Мадонны» и «идеалом содомским», – и пытается понять внутренний строй единого ненаписанного романа («Жития великого грешника»), отражением которого были пять написанных великих романов, начиная с «Преступления и наказания». Полемические гиперболы Достоевского связываются со становлением его стиля. Прослеживается, как вспышки ксенофобии снимаются в порывах к всемирной отзывчивости, к планете без ненависти («Сон смешного человека»).

Григорий Соломонович Померанц , Григорий Померанц

Критика / Философия / Религиоведение / Образование и наука / Документальное