Тотальный шпионаж

Исходя из всех этих данных, представители министерства, находившиеся в Цюрихе, Лиссабоне и Мадриде, могли узнавать много дополнительных сведений, имевших важное значение. Агентура министерства экономической войны активно действовала даже на оккупированной территории и в самой Германии. Разумеется, эти люди не были англичанами. Но это были люди, всю свою жизнь проработавшие с англичанами и с большой готовностью передававшие им собранные сведения.

* * *

Однако и министерство экономической войны и британская разведка все еще делали традиционную ставку на способности и изобретательность отдельных своих агентов, на организационные и профессиональные навыки и опыт небольшой группы своих надежных руководителей.

Агенты британской разведки считались одними из лучших в мире. Они оперировали в Цюрихе, Лиссабоне и Алжире, который после падения Франции стал основным пунктом наблюдения за французским и итальянским флотом. Иначе говоря, массового шпионажа в Англии все еще не существовало.

С ходом военных событий положение Англии все ухудшалось и становилось как будто все более безнадежным; в то же время мощь германской военной машины на первых порах все более усиливалась. В тот период агенты британской разведки мобилизовали все свои возможности, весь свой опыт и действовали поистине отважно.

Первое вторжение британской разведки на Европейский континент началось вскоре после Дюнкерка. Впервые разведчики появились в тихих фиордах Северной Норвегии, в тысячах мелких бухточек, которые враг никогда не мог полностью контролировать. Они появлялись также в снежных просторах Бретани. Они беседовали с жителями оккупированных стран, задавали им вопросы, получали ответы и уходили в ночь. А через день или через неделю появлялись английские бомбардировщики и сбрасывали свой груз на определенные цели в Северной Франции, Бельгии, Голландии, Норвегии, где находились немецкие склады нефти, боеприпасов и запасных частей для механизированных соединений.

У этих агентов не было недостатка в храбрости! И многие из них никогда не возвращались назад. В этих индивидуальных схватках с мощной военной машиной врага было нечто величественное.

Однако речь все еще шла о единицах или десятках! Между тем пора уже было понять, что «тотальная война», навязанная гитлеровцами, требовала ведения тотального шпионажа!

Просто удивительно, что для осознания этой простой истины британской разведке понадобилось так много времени. Люди, подобные Роберту Ванситтарту, конечно, отлично знали, что представляет собой гитлеризм и чего может ожидать весь мир от победы Гитлера. Но отдельная личность, даже и столь выдающаяся в своей области, как Ванситтарт, не могла идти против веками освященных традиций. А эта традиция в данном случае выступала против использования иностранцев на службе в британской разведке. Разумеется, англичане не раз пользовались услугами наемных чужеземцев. Но они всегда оставались чужеземцами: им платили и не доверяли. В конце концов, иностранец, продающий сведения, ничем не лучше обычного предателя.

Надо было, однако, понять, что в критические месяцы лета и осени 1940 года этой фундаментальной традиции британской разведки был нанесен серьезный удар, и вся она была решительно поставлена под вопрос. Такого рода важной перемене способствовали многие обстоятельства. Факт раскрытия в самой Англии фашистской организации Мосли ясно дал понять, что и англичане, занимающие крупные посты и принадлежащие к высшему свету, могут оказаться предателями. Немаловажное значение имело также все поведение генерала де Голля, осудившего «правителей» Виши и собравшего вокруг себя отважных французов, не потерявших чувства чести и национального достоинства. Наконец, этому весьма способствовала величественная борьба полковника Филибера Колле, французского патриота, передававшего англичанам важные сведения и летом 1941 года окончательно перешедшего на их сторону. Быть может, британская разведка кое-чему научилась и у германских антифашистов, которые добровольно вступили в ряды иностранного легиона во Франции, чтобы бороться против Гитлера. Когда же Франция сложила оружие, многие из них сумели пробраться в Египет, несмотря на стоявшие у них на пути непреодолимые препятствия.

Несомненно, что огромное впечатление на британскую разведку произвела также деятельность четырех германских антифашистов на Балканах. Эта четверка создала шпионскую организацию, отлично действовавшую по заданиям англичан. Они доставляли — и притом безвозмездно — неоценимые сведения и работали в столь опасных условиях, что трое из них поплатились своей жизнью.

Итак, в конце концов, британская разведка, ее руководители и сотрудники осознали: нынешняя война — не просто война, которую можно выиграть или проиграть; это война, от исхода которой зависит судьба всего человечества. Традиция была поколеблена. Прежняя база для работы оказалась слишком ограниченной и явно малопригодной. И первую брешь в этом смысле пробили офицеры бывшей чехословацкой разведки, прибывшие в Лондон вместе со спасенными ими важнейшими документами.