Требуется жених. Людей просьба не беспокоить!

Мы договорились, что Риса придет в агентство завтра в это же время. За сутки я должна найти выход… Или подходящие слова, чтобы утешить бедную девушку.

И то, и другое пока не представлялось возможным.

– Стой, подожди! – раздался звонкий голосок Рози.

Она влетела в комнату будто маленький смерч, размахивая рисунком. Я покачала головой: опять утащила гербовую бумагу, которую я оставила для важных писем и прошений. На тонких серых листах ей рисовать совсем не нравилось.

– Вот!

Розали вручила оборотице свое творение. Риса – овал в юбке, на голове прическа-одуванчик, а рядом нечто разлапистое. То ли жених, то ли куст, то ли вовсе неведомая крокозябра.

– Какая красота! Повешу дома на стену.

Риса незаметно улыбнулась мне. Хорошая девочка. Мне очень хотелось ей помочь. Но как?

– Мама, я молодец?

– Умница, воробушек. – Я задумчиво чмокнула дочь в макушку.

Мысли были заняты другим. Ясно, что проклятие Рисы просто глупое, дикое суеверие. Но оборотни верят в него, с этим ничего не поделать.

Закрыв за Рисой дверь, я вытащила из ящика справочник «Кто есть кто». Рас в нашем мире проживает много. Порой я даже забывала о таких редких, как сирены или пикси.

– Мамуля, читай вслух! – потребовала Рози.

Взобралась на стул и сложила руки на коленях, приготовилась слушать.

– Оборотни, они же вервольфы… – начала я.

Быстро пролистала главу. Да, негусто: несколько страниц, набранных мелким шрифтом. Едва ли среди сухих фактов статистики отыщется спасительное решение.

– Читай же, – напомнила Розали.

– Я тоже послушаю! – раздался знакомый голос с небольшой хрипотцой.

Как он зашел? Я не слышала колокольчика. Наглая физиономия, хватило же бесстыдства явиться! После присыпки, навоза и после того, что он без разрешения сунул нос в мои дела. Обнадежил бедняжку Рису, а мне разгребать.

– Ты! – Я подскочила на месте, будто сиденье кресла неожиданно превратилось в горящий уголь. – Разве я не ясно выразилась насчет порога?

Я гневно указала на порог, и Бран со всей почтительностью его рассмотрел.

– Порога? – уточнил он.

– Порог «Одинокого дракона» могут переступать только клиенты!

– А, ты про это, – отмахнулся журналюга. – Я решил, ты несерьезно.

– Я серьезно!

Розали переводила взгляд от меня к Брану и обратно. Спрыгнула со стула и подбежала к незваному гостю. Задрала голову. Вид у пичуги был хитрющий.

– Мне кажется, мамуля, что дядя Бран пришел помочь.

– Он не твой дядя, Розали. Отойди, пожалуйста, и сядь на место. А ты!..

«Убирайся!» Это ясно читалось в моем взгляде, но вслух я ничего не произнесла. В самом деле – он заварил эту кашу, пусть теперь расхлебывает вместе со мной.

– Я действительно хочу помочь, – сказал Бран.

Я фыркнула. Однако уже не злилась: никогда не умела злиться долго. Разве что на папаню Розали, но это случай особый. Я и перстень хранила для того, чтобы не дать себе забыть.

– Зачем ты обнадежил оборотицу? – прямо спросила я. – Прислал ее ко мне. Чем я могу помочь?

Бран, пока я говорила, прошел и уселся на софу. Вытянул ноги: точно к себе домой заявился. Я скрипнула зубами. Ладно, потерплю ради Рисы.

– Что, если я хочу написать статью о предрассудках? Журналист, который зарабатывает славу на слезах бедной девушки. Горгулья пера, если можно так выразиться. Вполне в моем духе, не считаешь?

– Правду ты мне не скажешь, – мрачно подытожила я.

Бран в ответ широко улыбнулся и развел руками.

– Мамуля, – подала голос Рози. – А когда мы будем есть?

Меня накрыло чувство вины. Лишила дочь завтрака и совсем забыла об этом. Сбегать за молоком и оставить Розали с Браном? Да ни за что. Отправить за молоком Брана? Тоже так себе вариант…

– На соседней улице отличная кофейня. Хозяева гоблины, но готовят прилично. Я сам там иногда завтракаю.

– Господин Оникс, – холодно оборвала я Брана: снова лезет со своими непрошеными советами, не могу ведь я объяснить дочери, что кофейни нам сейчас не по карману. – Благодарю за рекомендацию. Мы с Рози сходим за молоком.

– Я хочу угостить маленькую леди блинчиками с ягодами и сиропом, – продолжил как ни в чем не бывало Бран.

Рози оглянулась на меня умоляюще. Блинчики она обожала. Я покачала головой, дочь понурилась, но и не подумала канючить. По сердцу снова точно провели ржавым гвоздем. Я еще ничего не заработала, но если помогу Рисе… Нет, нельзя тратить несуществующие деньги. Прости, воробушек, я должна думать о нашем будущем.

Бран, нахмурившись, смотрел на погрустневшую Розали. Наверное, думал, что я мать-ехидна. Он не знает, каково это – сварить ребенку кашу из остатков овсяной крупы, а самой лечь спать на голодный желудок.

– Что, если я заплачу вам аванс, – помедлив, произнес Бран. – Или вступительный взнос. Как вы это называете?

– Аванс? За что?

– За возможность разместить анкету в вашем брачном агентстве.

– Я не работаю с людьми! – резко напомнила я.

– Сделайте исключение. – Он заметил мои колебания и надавил: – Давайте! Решайтесь! Это выгодно для обеих сторон. Я напишу интересную статью, а вы получите дополнительную рекламу. Хочу взглянуть изнутри, как это работает.