Третий Рейх. Война: до критической черты. Книга I

У Т-34 лобовая броня (70 мм) почти в два раза превышала лобовую броню немецких танков (40 мм)[298]. Адекватных средств борьбы с этим танком у немцев не было. Немецкий генерал Меллендорф писал о «трагедии немецкой пехоты», так и не получившей летом 1941 г. ничего стоящего для борьбы с советскими танками Т-34: «Противотанковая оборона, без сомнения, является самой печальной главой в истории немецкой пехоты, а танк Т-34 для пехоты и противотанковой обороны немецкой армии был настоящим кошмаром»[299].

Надо отдать Гитлеру должное — он осознавал слабость немецких танков и после кампании во Франции понял необходимость увеличения их огневой мощи. Поэтому на T-III он потребовал вместо 37-мм короткоствольной пушки установить 50-мм пушку Л-60 с высокой начальной скоростью снаряда. Но указание Гитлера не было выполнено, и Управление вооружений установило на Т-Ш 50-мм пушку L-42 с низкой начальной скоростью снаряда. Гудериан вспоминал, что это довело фюрера до бешенства. Раздражение Гитлера можно понять: этот факт неповиновения и своеволия сказался на итоге военных действий[300]. Катастрофическое для немцев положение переменилось лишь тогда, когда в течение 1941–1942 гг. на немецкие Т-Ш и T-IV — после повторного приказа Гитлера — были установлены соответственно 60 — и 75-мм орудия для борьбы с «тридцатьчетверкой»[301]. По дуэльной мощности эти орудия в полтора раза превосходили пушки на КВ и на Т-34. Иными словами, почти год в начале войны немцы не могли адекватными средствами бороться против Т-34 — только при помощи авиации и противотанковых наземных средств. Весь этот год у Красной армии было такое же превосходство по танкам, как в конце 1944 г.! Генерал Ганс Фриснер писал, что с 1944 г. вермахт вел «войну бедняков» против гораздо более оснащенного противника[302].

Правда, до конца 1941 г. руководство вермахта, во-первых, обеспечило новые боеприпасы, во-вторых, поставило на вооружение новые противотанковые пушки. Немецкое орудие 75-мм калибра получило кумулятивные снаряды. Для 37-мм противотанковой пушки приняли надкалиберную кумулятивную мину, заря-жавшуюся с дула. Однако самым эффективным германским противотанковым орудием (до 1943 г.) оказалась… советская 76-мм дивизионная пушка Ф-22, получившая в вермахте название РАК-36. Огромное количество этих эффективных артиллерийских орудий попали к немцам в качестве трофеев. Еще более эффективным противотанковым средством с 1943 г. стали реактивные гранатометы «Панцер-фауст 1» и «Панцер-фауст 2»[303]. В принципе, с начала войны немцы применяли в артиллерии кумулятивные снаряды, немецкая пехота была вооружена сперва магнитными кумулятивными минами, а затем, с конца 1943 г. — одноразовым гранатометом с кумулятивной гранатой, который назывался «фаустпатрон». В Красной армии также с 1943 г. использовали кумулятивные снаряды в артиллерии; авиация применяла против немецких танков кумулятивные «бомбочки»; в 1943–1944 гг. их было изготовлено 13 миллионов штук. Весной 1943 г. на вооружение советской пехоты поступила ручная противотанковая граната РПГ-43, затем РПГ-6. Немцы ответили на это тем, что на заводах стали ставить на танки экраны от кумулятивных зарядов. У нас же танкисты сами, подручными средствами экранировали танки[304].

У Т-34 были свои недостатки: теснота, плохая оптика, неудачное размещение смотровых приборов. Так, все немецкие танки от Т-Ш до «тигра» имели две огневые точки — одну в башне, одну — в лобовой броне, чтобы иметь возможность вести огонь в двух направлениях одновременно. Основная масса советских довоенных танков имели только одну огневую точку. Как представлял себе использование этих танков в бою тот, кто их заказывал? — спрашивает советский фронтовик А. 3. Лебе-динцев и сам отвечает, что у Гудериана, когда он начинал танковым командиром, не было ни одного танка, и он навесил на трактор фанерные щиты и на учениях «атаковал» на нем противника. Сразу выяснилось, что из танка плохо видна местность, поэтому Гудериан приложил огромные усилия к тому, чтобы немецкая оптическая промышленность разработала для танков приборы наблюдения и стрельбы. В Красной армии до войны это никого не волновало. В результате были случаи, когда «тигры» подбивали советские Т-34 с дистанции в 3 км. В Красной армии имелись пушки, способные на таком расстоянии поразить броню, но не было такой оптики[305]. Оптические приборы советских танков вызывали у немецких танкистов недоумение. Атакуя противника своими фанерными танками, Гудериан сразу понял, что никакая связь между ними, кроме радио, невозможна, а без связи танк беспомощен. И Гуде-риан настоял на том, чтобы немецкая промышленность снарядила каждый танк надежной радиостанцией. В советской армии радиостанции ставили только на командирские машины. Это объясняет тот факт, что формально боевой техники у немцев было меньше, а эффективность немецких войск была неизмеримо выше[306].