Три кита здоровья

Так что же нам делать с этими лекарствами? Как-то мне попался на глаза трактат: до 30 миллиардов рублей ежегодно советские граждане тратили на приобретение лекарств в аптеках. Тратили 30 миллиардов рублей (в нынешних единицах — что-то около триллиона) на те снадобья, которые систематически оказывают противоречивое воздействие на их здоровье. Некоторые из этих лекарств дают временный положительный эффект, поддерживают тот или иной орган, но потом, сыграв свою роль, в виде острых осколков остаются в организме и никуда из него не выводятся. В первую очередь они накапливаются в печени, забивают мельчайшие сосуды, футеруют, подобно керамике, те или иные внутренние органы, например почки. И физиологи — пока вполголоса говорят о том, что проблема уже заключается не во введении лекарств в организм, а в том, как их из него вывести.

Так что же делать? А может быть, обратить внимание на травы, на растительный и животный мир, окружающий нас? Может быть, имеет смысл развивать эту область фармакопеи так, как она того достойна? Как это велось издревле?

Ни в коей мере не считая себя в этом знатоком, время от времени я, однако, знакомлюсь с теми или иными сводами сведений о лекарственных растениях, насекомых, пресмыкающихся и о тех болезнях, которые они способны при правильном применении излечить. Чтение это вызывает восторг: относительно простые средства дают замечательные результаты. Впрочем, кое-чем приходилось пользоваться в практике и мне. Вспоминается, например, как что-то весьма неприятное случилось то ли с десной, то ли с корнем зуба. Замаячила благословенная перспектива: рентген, стоматологическая операция или сверление — словом, весь восхитительный джентльменский набор, не считая затраченного времени. Однако получилось по-другому: мне подсказали, и я вечером положил на пораженную десну листок растения каланхоэ. Вечером положил, а утром проснулся уже без всех тех «радостей», которые угрожали мне добрыми «праздниками». Таков всего один крошечный удачный пример. Но кажется мне, что при нынешнем «рациональном» порядке и в нашем Минздраве натуральными лекарствами заниматься всерьез некому.

Мне довелось познакомиться с некоторыми из мудрейших, может быть, травников, которые практиковали на территории бывшего, увы, Союза. Например, вот травник с трехсотлетним стажем, потому что именно три века занятий травами насчитывает его род, передающий свои знания из поколения в поколение. Это украинец Иван Григорьевич Гайронский. Чтобы попасть к нему, следует передать ему не только записку от человека, которому он доверяет, но также фотографию этого человека — так опасался он преследований, хотя способен творить подлинные чудеса. Он спас одну популярную актрису, несмотря на наличие уже онкологических метастаз, после чего она еще семь или восемь лет прекрасно жила, даже научилась водить автомобиль и все шире и шире открывала для себя этот прекрасный мир.

И тогда я воскликнул:

— Иван Григорьевич, так что же вы не поделитесь с людьми своими знаниями?!

Он поднял, как Вий, свои веки и спросил:

— А вы уверены, что нас, травников, больше не будут преследовать? Нет, я неуверен, Иван Григорьевич. — А вы уверены, что, если я вслух скажу о своих травах, их тотчас же не повыдергивают и не повытопчут невежественные орды? — Нет, Иван Григорьевич, я не уверен в этом. — Так вот, — сказал он, я буду продолжать работать по-своему и помалкивать.

Но ведь здесь таятся резервы нашего здоровья! Какие возможности! Вот пример: только на двух лесных полянах в Европе (одна в Белоруссии, другая в Восточной Пруссии) растет удивительный гриб веселка, способный, если его снять и растереть накануне полного созревания, стать мощным компонентом противоопухолевой мази. Травники специально платят лесникам, чтобы они охраняли эти тайные поляны. Но кабаны «прознали» о целебных свойствах этого гриба и не только выедают его, но и своими рылами выпахивают всю ту землю, где есть его споры. Людям ничего не остается. А если бы мы обратили это дело в свою пользу?