Триумф

– На него опять накатило! – шепчут за лавровыми кустами.

– Что это? Угрызения совести? – шепчут за померанцами.

– Пошлите за достопочтенным доктором!

– Либо за маршальшей!

Как раз в эту минуту мимо короля проходят пленные. И вдруг словно из-под земли раздается вопль, такой душераздирающий, такой пронзительный, что король приходит в себя и озирается. Что это? Кого-то пытают в подземелье? Снова раздается крик, но теперь он похож на вой щенящейся суки, долгий, глухой, – устрашающая песня под мажорные звуки труб и литавр. Король поднимается с кресла и топает ногами по мраморному полу, словно ступает по горячей плите. Придворные в замешательстве посылают за маршалом, который уже воротился ко дворцу с головной частью Шествия. Вой смолкает, король порывается уйти, но что-то словно Держит его.

Наконец появляется маршал.

– Твоя жена невежлива, – говорит король.

– Разве ее здесь нет?

Маршал бросается в покои жены, видит пустые шкатулки и сундуки. Он тут же возвращается назад.

– Ее и там нету! – восклицает маршал, задыхаясь от волнения.

– Она сбежала, – объясняет король.

– И Менелая не было во время шествия, – добавляет маршал двора.

– Стало быть, он сбежал вместе с нею! Ну и вкус! Хороша же тварь!

– Тварь? – возмущается маршал. – Это она-то?

– Нет, он!

Маршал двора забывает о своем долге, сила гнетущих обстоятельств вынуждает его сделать угрожающий жест, после которого ему уже более не носить орден Христа Спасителя на шее и не держать в руке маршальского жезла.

– Убирайся домой и сажай капусту! – гневается король. – Да только уноси ноги побыстрее!

И король в сопровождении свиты удаляется в тронный зал, чтобы снова выслушивать речи об ужасах войны, сохранении мира и тому подобное.

А по Стрёммену мимо мельниц Данвикена в сторону Блокхусета плывет утлая рыбацкая лодчонка с одним-единственным парусом. У руля сидит Менелай, на дне лодки – его жена, во всяком случае, так он ее называет, а на носу лодки – маршальша, на всех на них – рыбацкая одежда.

– Бедная моя, милая сестрица, я не смогла взять ее с собой, – говорит маршальша.

– Что скажут о нас? О вас, госпожа маршальша, которая сбежала с шутом? – весело спрашивает шут.

– А кто может сказать, что я сбежала с шутом? – спрашивает маршальша.

– Верно, до этого дело не дойдет, – соглашается Менелай и сжимает руку жены. – Однако ветер крепчает, скоро мы будем в море; и, коли слух мне не изменяет, возле Шведских Курганов стоят датские корабли, а уж оттуда рукой подать до Копенгагена. Глядишь, как раз поспеем еще на один триумф да послушаем еще один «Те deum».