Цель. Процесс непрерывного совершенствования

— Замечательно, а после всех планов, которые я имел тогда, собираясь заняться исследованиями, я оказался в бизнесе. Я управляющий завода UniCo.

Иона кивнул. Мне показалось, что он заинтересовался. Он выпустил дым. Я продолжаю рассказывать. Для меня это привычное дело.

— Вообще, это и есть причина, почему я сейчас еду в Хьюстон. Мы принадлежим ассоциации промышленных компаний, которая пригласила нас на конференцию посвященную применению роботов в качестве членов комиссии.

— Я знаю, — говорит Иона, — это будет техническая дискуссия.

— Практически все производства, так или иначе, связаны с техникой, — отвечаю я. Потом я вспоминаю, что у меня есть, что показать ему. — Погоди секунду.

— Вот, — говорю я и читаю ему заголовок, — Автоматизация: Выход из кризиса для Американской промышленности восьмидесятых… комиссия пользователей и экспертов обсудит преимущества внедрения линий автоматизации для Американской промышленности.

Однако, когда я поворачиваюсь, Иона выглядит абсолютно равнодушным. Я вообразил, что он как человек науки совсем не интересуется бизнесом.

— Ты говоришь, что твой завод использует роботов? — спросил Иона.

— Два цеха, — ответил я.

— И это действительно повысило вам эффективность?

— А как же. Мы увеличили, — я просмотрел свои отчеты, — производительность на 36 % на одном из участков.

— Неужели… 36 процентов? — спрашивает Иона. — Значит, твоя компания зарабатывает на 36 % больше денег, чем до установки роботов? Неслыханно!

Мой энтузиазм поубавился.

— Да… но, — говорю я, — Мы бы тоже хотели, чтобы все так было. Но все значительно сложнее. Смотри, это только один цех, который имеет такую производительность.

Иона смотрит на свою сигару и стряхивает пепел в пепельницу.

— Значит, на самом деле ты не увеличил свою производительность.

Моя улыбка застыла.

— Я не совсем понял, — отвечаю я.

Иона наклоняется ко мне поближе и говорит.

— Позволь мне спросить… только между нами: Способен ли твой завод отгружать хотя бы на одну единицу продукции в день больше, после установки роботов?

— Ну, мне надо проверить свои цифры и посчитать… — промямлил я.

— Ты кого-то выгнал? — спросил он.

Я отодвинулся и посмотрел на него. Что он имеет ввиду?

— Ты имеешь ввиду, уволил ли кого-то я из-за того, что появились роботы? — спросил я. — Нет, потому что и мы и наш профсоюз понимаем, что никого не потребуется увольнять из-за увеличения производительности. Мы заняли людей другой работой. Конечно там, где бизнес сворачивается, мы увольняем людей.

— Так значит, автоматизация сама по себе не уменьшила стоимость рабочей силы.

— Нет, — соглашаюсь я.

— Тогда скажи мне, а запасы уменьшились?

Я засмеялся.

— Иона, скажи ты о чем?

— Ты ответь, — говорит Иона, — Твои запасы уменьшились?

— Не считал. Не думаю что так. Но мне надо посчитать.

— Считай, если тебе от этого будет лучше. Однако твои запасы не уменьшились… твои расходы на рабочих не снизились… и твоя фирма не продает больше продуктов, это очевидно, раз ты их не производишь больше. Тогда ты не можешь сказать, что роботы увеличили производительность твоего завода.

Внутри живота у меня ощущение, которое возникает, когда начинаешь резко подниматься в лифте.

— Да, я что-то понимаю из того, о чем ты говоришь, но мои цены уменьшились, когда увеличилась эффективность.

— Правда, каким образом? — спрашивает Иона и закрывает свою книгу.

— Конечно. Эффективности разных цехов усредняются, что дает в среднем около 90 % затрат. И мои цены за единицу продукции уменьшились соответственно. Чтобы конкурировать сегодня мы должны делать все, чтобы увеличивать эффективность и снижать цены.

Официантка приносит мой скотч и ставит его на столик рядом со мной. Я даю ей пятерку и жду сдачи.

— С такой большой эффективностью тебе надо работать на своих роботов круглосуточно, — говорит Иона.

— Совершенно верно, — говорю я ему. — Мы просто обязаны их загрузить работой. Иначе мы потеряем экономию масштаба. И эффективность упадет. Это относится не только к роботам, но и к остальной продукции. Мы обязаны производить непрерывно, чтобы получить эффект экономии и сохранить свое ценовое преимущество.

— Да ну? — говорит он.

— Конечно, но я не говорил, что у нас совсем нет проблем.

— Понятно, — говорит Иона. — Ну же! Скажи честно. Твои запасы выше крыши, так?

Я смотрю на него. Откуда он знает?

— Ты имеешь в виду незавершенное производство?

— Все твои запасы.

— Ну, по-разному. Где-то они большие.

— И все везде задерживается? — спрашивает Иона — И ты не можешь ничего отгрузить вовремя.

— С этим я соглашусь, — отвечаю я, — это одна из серьезных проблем. И она имеет серьезные последствия для заказчиков.

Иона кивает, как будто он ожидал такого ответа.

— Погоди… откуда ты знаешь? — спрашиваю я его.

Он опять улыбается.

— Просто угадал, — отвечает Иона. — Хотя, я наблюдаю те же симптомы на разных предприятиях. Ты не одинок.

— Но разве ты не физик? — спрашиваю я.

— Я ученый, — отвечает он. — Ну, хорошо, ты бы сказал, что сейчас я занимаюсь исследованием в науке организаций — производственных организаций в частности.

— Я не знал, что есть такая наука.

— Теперь есть.