Читаем Цепные псы церкви. Инквизиция на службе Ватикана полностью

Материалы Жака свидетельствуют о легкости, с которой катарские еретики ассимилировались с местным населением. Они свидетельствуют о достаточно сердечных отношениях между катарами и католиками. Они также говорят об известной доле понимания, сочувствия и даже симпатии со стороны будущего папы, готовность видеть в катарах своих собратьев по вере. В отличие от Доминика, Жак Фурнье не был оголтелым фанатиком. Это, впрочем, не помешало ему расследовать между 1318 и 1325 годами девяносто восемь дел о ереси, вовлекших в процесс свыше ста человек, девяносто четыре из которых предстали перед его трибуналом. Демонстрируя христианскую терпимость и милосердие, не характерные для инквизиторов того времени, Жак отправил на костер только пятерых из них. Не только катары задавали работу инквизиторам. Европа того времени буквально кишела неортодоксальными вероучениями, любое из которых служило готовой мишенью для инквизиции. К примеру, были богомилы, еще одна дуалистическая секта, зародившаяся в десятом веке в тогдашнем Болгарском царстве, которое в тот период простиралось от Украины до Адриатики. Оттуда богомильское учение распространилось в Грецию и на Западные Балканы, затем еще дальше на запад, а к двенадцатому столетию оно начало оказывать влияние на воззрения катаров, с которыми оно имело много общего. Богомилы притязали на то, чтобы быть «истинной и тайной христианской Церковью, Церковью Вифлеема и Капернаума». По словам Юрия Стоянова, известного авторитета по учению богомилов, эта ересь «ускорила появление катарского учения и традиционно признавалась западными церковниками и инквизиторами как «скрытая традиция» в учении катаров». В самом деле, катаров часто называли «болгарами» или «булгарами». Неудивительно, что вскоре богомилы стали объектом такого же пристального внимания со стороны инквизиции, как и французские еретики. Немало общих догматов и с катарами и с богомилами разделяли так называемые «патарены», которые появились в двенадцатом столетии в Южной Италии. К тому времени Церковь использовала названия «патарены», «катары» или «альбигойцы», почти не делая различий. В первую треть тринадцатого столетия патарены утвердились на части территории Венгерского королевства, занимавшего территорию современной Боснии, и в 1235 году против них с амвона был провозглашен крестовый поход, подобно тому, который призывал в поход против катаров.

Перейти на страницу:

Похожие книги

1917: русская голгофа. Агония империи и истоки революции
1917: русская голгофа. Агония империи и истоки революции

В представленной книге крушение Российской империи и ее последнего царя впервые показано не с точки зрения политиков, писателей, революционеров, дипломатов, генералов и других образованных людей, которых в стране было меньшинство, а через призму народного, обывательского восприятия. На основе многочисленных архивных документов, журналистских материалов, хроник судебных процессов, воспоминаний, писем, газетной хроники и других источников в работе приведен анализ революции как явления, выросшего из самого мировосприятия российского общества и выражавшего его истинные побудительные мотивы.Кроме того, авторы книги дают свой ответ на несколько важнейших вопросов. В частности, когда поезд российской истории перешел на революционные рельсы? Правда ли, что в период между войнами Россия богатела и процветала? Почему единение царя с народом в августе 1914 года так быстро сменилось лютой ненавистью народа к монархии? Какую роль в революции сыграла водка? Могла ли страна в 1917 году продолжать войну? Какова была истинная роль большевиков и почему к власти в итоге пришли не депутаты, фактически свергнувшие царя, не военные, не олигархи, а именно революционеры (что в действительности случается очень редко)? Существовала ли реальная альтернатива революции в сознании общества? И когда, собственно, в России началась Гражданская война?

Дмитрий Владимирович Зубов , Дмитрий Михайлович Дегтев , Дмитрий Михайлович Дёгтев

Документальная литература / История / Образование и наука
Кузькина мать
Кузькина мать

Новая книга выдающегося историка, писателя и военного аналитика Виктора Суворова, написанная в лучших традициях бестселлеров «Ледокол» и «Аквариум» — это грандиозная историческая реконструкция событий конца 1950-х — первой половины 1960-х годов, когда в результате противостояния СССР и США человечество оказалось на грани Третьей мировой войны, на волоске от гибели в глобальной ядерной катастрофе.Складывая известные и малоизвестные факты и события тех лет в единую мозаику, автор рассказывает об истинных причинах Берлинского и Карибского кризисов, о которых умалчивают официальная пропаганда, политики и историки в России и за рубежом. Эти события стали кульминацией второй половины XX столетия и предопределили историческую судьбу Советского Союза и коммунистической идеологии. «Кузькина мать: Хроника великого десятилетия» — новая сенсационная версия нашей истории, разрушающая привычные представления и мифы о движущих силах и причинах ключевых событий середины XX века. Эго книга о политических интригах и борьбе за власть внутри руководства СССР, о противостоянии двух сверхдержав и их спецслужб, о тайных разведывательных операциях и о людях, толкавших человечество к гибели и спасавших его.Книга содержит более 150 фотографий, в том числе уникальные архивные снимки, публикующиеся в России впервые.

Виктор Суворов

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Облом
Облом

Новая книга выдающегося историка, писателя и военного аналитика Виктора Суворова — вторая часть трилогии «Хроника Великого десятилетия», грандиозная историческая реконструкция событий 1956-1957 годов, когда Никита Хрущёв при поддержке маршала Жукова отстранил от руководства Советским Союзом бывших ближайших соратников Сталина, а Жуков тайно готовил военный переворот с целью смещения Хрущёва и установления единоличной власти в стране.Реконструируя события тех лет и складывая известные и малоизвестные факты в единую мозаику, автор рассказывает о борьбе за власть в руководстве СССР, о заговоре Жукова и его соратников против Хрущёва, о раскрытии этого заговора благодаря цепочке случайностей и о сложнейшей тайной операции по изоляции и отстранению Жукова от власти.Это книга о том, как изменялась система управления страной после отмены сталинской практики систематической насильственной смены руководящей элиты, как начинало делать карьеру во власти новое поколение молодых партийных лидеров, через несколько лет сменивших Хрущёва у руля управления страной, какой альтернативный сценарий развития СССР готовился реализовать Жуков, и почему Хрущёв, совершивший множество ошибок за время своего правления, все же заслуживает признания за то, что спас страну и мир от Жукова.Книга содержит более 60 фотографий, в том числе редкие снимки из российских и зарубежных архивов, публикующиеся в России впервые.

Вячеслав Низеньков , Дамир Карипович Кадыров , Константин Николаевич Якименко , Юрий Анатольевич Богатов , Константин Якименко

История / Приключения / Современная русская и зарубежная проза / Фантастика / Ужасы