Цивилизация труда: заметки социального теоретика

А.П. Темницкий отмечает, что «на протяжении десятилетий изучение отношения к труду проводилось в контексте рассмотрения аспектов терминальности и инструментальности»342. Терминальность в отношении к труду отражает самостоятельную значимость труда как важнейшей ценности – цели в жизни людей. Работа в данном случае рассматривается как самоценный смысл жизни, способ самореализации личности без привязки к уровню материального вознаграждения. Предполагается, что при таком типе отношения к труду люди способны трудиться совершенно без оплаты, сознательно, а не по принуждению. Наиболее очевидным индикатором терминальности в отношении к труду как ценности является высокая степень согласия респондентов с суждением «хотели бы работать даже в том случае, если бы не нуждались в деньгах?». Индикаторами терминальности в отношении к выполняемой работе является преобладание установок работников на содержательные стороны работы (интересная работа, ее общественная полезность) по отношению к установкам на заработок343.

Инструментальность в отношении к труду отражает вспомогательную роль труда по отношению к ценностям заработка и потребительским благам. Выполняемая работа рассматривается в данном случае только как средство удовлетворения потребностей, лежащих за пределами сферы труда. Индикатором инструментальности в отношении к труду как ценности может выступать высокая степень согласия с суждением «работа – это только способ заработать деньги, и ничего более», а в отношении к выполняемой работе – преобладание установок на высокий заработок по отношению к содержанию труда.

Согласно Темницкому, последствия того, что с начала либеральных реформ доминирующим стал инструментальный тип отношения к труду, не замедлили сказаться. Работа перестала входить в число терминальных ценностей. Сформировалась устойчивая однофакторная модель мотивации труда, в которой абсолютно доминирует заработок, а содержательные стороны выражены незначительно. Все же, несмотря на столь радикальные изменения, отмечаются неизменность и устойчивость среди работников в 1990-х годах двух полярных групп: 1) для которых работа важна сама по себе, независимо от оплаты (12–14 %), 2) для которых работа – неприятная обязанность, и если бы была возможность, то они не работали бы (5–6 %)344.

«Можно ли утверждать, что терминальный тип отношения к труду навсегда потерял свое былое значение, – спрашивает Темницкий, – перестал быть конструктивным фактором в формировании стратегий трудового поведения и является лишь отголоском прошлого?»345

Экономисты в отличие от социологов и психологов значительно позже обратились к исследованию вопросов, связанных с удовлетворенностью работой. Эта тематика получила развитие в трудах Д. Хамершмеша, Р. Фримена, Дж. Боджиаса346. Согласно Л. Смирных, несмотря на традиционное недоверие экономистов к субъективным и поведенческим переменным, эти исследователи смогли доказать, что переменная удовлетворенности работой является хорошим индикатором объективных и субъективных характеристик работы (места работы) и может использоваться для составления надежных прогнозов при увольнении работников, ввели ее в круг экономических исследований. При этом экономисты не просто развили концепцию удовлетворенности работой, созданную в рамках других научных дисциплин, но и применили экономический инструментарий для ее анализа, который традиционно базируется на оценках функции полезности индивидов347.

Не отрицая значение функции полезности для оценки поведения индивидов в целом исследователи пока не смогли прийти к единому мнению относительно применения функции полезности при анализе удовлетворенности работой.

Одна группа исследователей считает правомерным идентифицировать удовлетворенность работой с функцией полезности индивидов348. Они рассматривают удовлетворенность работой как одну из составляющих «счастья» индивида349. При этом «счастье» понимается ими как некоторая переменная, характеризующая благосостояние индивида и описываемая функцией полезности. Чем выше уровень полезности от занятости работника на том или ином рабочем месте, тем выше и уровень его удовлетворенности работой и тем более он счастлив.

Другая группа экономистов основывает свои выводы на предположении, что функция полезности не в полной мере подходит для интерпретации удовлетворенности работой. По их мнению, удовлетворенность работой зависит не от максимума функции полезности, единого для всех индивидов, а в большей мере от действующих норм и ожиданий работников. Предполагается, что работники, имеющие одинаковые уровни доходов и одинаковые внешне наблюдаемые характеристики рабочих мест, могут различаться по уровням удовлетворенности работой в связи, например, с различиями в их ожиданиях. В подтверждение своей точки зрения исследователи ссылаются на то, что работники с более высоким уровнем доходов и «хорошими» характеристиками рабочих мест порой оказываются менее удовлетворенными работой, чем работники с низким уровнем доходов на «плохих» рабочих местах350.