Цветок Инферно

На скамью, вообще-то не рассчитанную на нескольких взрослых парней, рухнул Шай, отвлекая Тео от мыслей о Кори Бреннан и притискивая к Вэл. На стол опустились два кувшина с неведомым пойлом.

– Цените мою доброту и ответственность – кто ещё найдёт вам бухло приличнее, чем любит Руссо?

– Эйлиф?.. – в один голос отозвались Вэл и Айрис.

– Э нет, даже у моей матушки запасы небезграничны, – рассмеялась Эйл, первой берясь за кувшин и разливая вино всем. – Ты за этой кислятиной полчаса ходил?

– Вообще-то выпрашивал у Тайры, – возразил Шай. – И ничего не кислятина, креплёное, её папаня гнал. Даже нас берёт!

– А сама она где? – поинтересовалась Вэл.

– Клеит какую-то знойную аспиранточку. – Он кивнул в другой конец зала. – Ну хотя бы свободную, не то что старина Рольфи.

– В смы… А-а-а, вот оно что. – Айрис весело усмехнулась. – Картина маслом! А хорошо Рольфи звездануло в первом этапе, да?

– Отлюбила жаба гадюку, – буркнула Эйл, её веселья не разделившая. – Хотя да, гадюку чуток жальче.

– Я бы поспорил, – протянул Шай, откровенно насмехаясь. – Шаг влево, шаг вправо – жабе трындец. Но вот что Рольфи тогда цветочек последние мозги отшибла – факт. И ведь не ему одному…

– После того, что Бреннан устроила на арене, я б сама за ней приударила. Горяча, сука, как Инферно. Да вот несолидно как-то кэпа подрезать, он раньше меня слюни пустил, – снова подала голос ехидная Айрис. – Эй, Тео, очнись! У тебя гербарий прямо из-под носа тащат, а ты и рад!

Девчонки дружно захихикали и самым бесцеремонным образом принялись обсуждать, кому же в итоге обломится. (Выходило, что Рольфу, у которого, мол, и мышцы покруче, и наглости побольше.) Тео же только и мог бестолково хлопать глазами. В голове ну никак не укладывалось, что мудацкий сынок ярла Хьяртара мог вот так запросто подвалить к Кори. И нашёл же, мать его! А найти Кори – та ещё задачка, она вечно норовит спрятаться подальше. Сейчас вот не изменила привычке – забилась в угол у дальнего оконца, вытянула на подоконнике свои непристойно длинные ноги… А Рольф и рад. Глазеет, даже не скрываясь, и знай себе болтает какую-то чушь, в избытке чувств размахивая ручищами. Кори же дымила в приоткрытое окно (чего раньше за ней не наблюдалось, кстати), изредка что-то отвечала. И улыбалась эдак неохотно, как должна была улыбаться только Тео. Однозначно, только ему и никому больше!

Тео гневно выдохнул сквозь зубы (девчонки уже не хихикали, но откровенно ржали). Пить как-то резко перехотелось, зато очень захотелось убивать одного бородатого придурка. Чтобы не глазел, не дышал, вообще не зарился на чужое. Ибо нефиг.

Тео решительно отставил свой стакан в сторону и поднялся. Под улюлюканье его так называемых друзей, чтоб им всем похмельем три дня мучиться. Цена их смеху, правда, полсеребрушки.

– Так, что-то мне это совсем не нравится, – проговорил он, решительно направляясь к своему цветочку.

Мешать ему никто не стал.

Рольфи заливался соловьём, его корявые попытки подкатить были видны (и слышны) издалека. Что-то про красоту неземную и скорую свадебку. Вот ведь скотина!..

– Так, Хьяртарсон, свали в туман отсюда, – заявил Тео, вставая аккурат между ним и Кори. – Пейзаж портишь.

– Это с какого такого хрена? – не остался в долгу Рольфи, нависая с высоты своего гигантского роста.

Тео и сам далеко не коротышка, но стоит признать – сынок ярла Хьяртара впечатляет. Поправочка – впечатлял бы, не будь Тео немного пьян и жутко, прямо-таки невыносимо зол.

– С того самого, на котором я тебя вертел. Свали по-хорошему, место занято.

Рольфи демонстративно огляделся, смерил взглядом Тео, оскалился недобро.

– Это тобой, что ли? Охолонись-ка, громовержец недоделанный, а то огребёшь ведь.

– От червяка-то земляного? Даже звучит смешно, дубина ты стоеросовая!

– Не рано для драки-то? Ещё никто толком ужраться не успел, – лениво протянула Кори. Хотя Тео, уже знакомый и с этим тоном, и с насмешливо-стервозным прищуром, был готов поспорить, что ситуация её крайне забавляет. – Спокойно, мальчики, меня на всех хватит.

Тео глянул на неё, невольно проследил росчерк ключиц в вырезе свитера, задержался на длинных пальцах, всё ещё держащих сигариллу…

«На всех»? Да ни за что в жизни!

– Хрен ему за воротник! Я своим со всякими неудачниками не делюсь. А ты, Кори, моя. Вся… Тебе ясно, Рольф?

– Я-а-асно, – проговорил тот насмешливо. Недовольное бормотание Кори: «Тео, так у нас свидание будет или сразу свадьба?» – оба проигнорировали. – То, что сопляки нынче охреневшие пошли, вот это мне ясно.

– Чего ты там щас сказал, не повторишь?

– Того. Дагмарссон, деточка, ты не по себе деревце рубишь. А папа и брат нынче далеко, никто твою жопу не прикроет.

А вот это уже самое настоящее оскорбление. Никто и никогда не смел считать Тео слабаком. Ни при каких условиях. Тем более какой-то бородатый мамонт со скудными мозгами смешных размеров.

– Папе и брату пришлось бы твою жопу защищать, – огрызнулся Тео, сжимая руку в кулак. Видят боги, Рольфи сам напросился. – Сам пожалеешь, что их тут нет. Вот прямо сейчас…