Тупо в синем и в кедах

Такая естественная и тихая, чистая душой. Она не выворачивает губы и не скалится, не задирает нос, как новоиспеченные литераторши. Она скромная и даже стеснительная. Вот смотришь ее интервью, и видно, что она ничего не репетировала перед зеркалом, как и что она будет говорить. А честно отвечает, горюя или ликуя, сверкая своими детскими глазами. Какая редкость!

Почему я говорю так… Вот мы с Лали смотрели интервью одной сценаристки и драматургини. Лали говорила: она модная, она прекрасная, она лучшая в городе, давай посмотрим! Да. Она, такая нарядная, как картинка, улыбалась, подавала себя, водила уголками губ в стороны, как будто ей не хватало слов, задирала нос, рассказывала про свое «творчество». Офигенно отвратительное лицемерное слово «творчество». Еще хуже только «творческий путь». И вот когда сценаристке задали какой-то длинный, с подробностями, вопрос, она открыла рот. И так сидела. Типа улыбка. Распахнула рот, практически как у стоматолога. И почему-то было понятно, что где-то она слизала этот вот открытый рот и наклон головы. У кого-то это было красиво и непосредственно, а у нее – печальная пародия. Так хотелось прихлопнуть эту пасть, что я даже не слышала, что она там говорит. Я уверена, когда люди вот так гримасничают в эфире, это означает, что у них проблемы с чувством юмора и музыкальным слухом. Не знаю, каким образом, но это как-то взаимосвязано. Ну не будет у человека с чувством юмора рот гулять и плавать по всему лицу… Агнешка же глянула из-за наших с Лали спин и как припечатала:

– Фальшивая девка. Из портовых!

– Агнешка! – ахнули мы возмущенно.

– А что, что?! Вот претендует на аристократичность, а с чего бы это?! Нечего гримасничать не по делу! И нельзя строить из себя то, что ты не есть!

Мы с Лали переглянулись и одновременно скрестили пальцы: клянемся никогда не гримасничать и не строить из себя то, что мы не есть.

А Лина Костенко – богиня. Когда я читаю ее стихи, меня накрывает такое счастье, как будто она писала эти стихи только для меня. Для меня лично.

Вот встретились, и негде им присесть.А снег идет, такой бесшумный, чистый.И сумрак до плеча (темнеет в шесть…).И по дворам гоняют хоккеисты.Снег на скамье. Дорожки замело.На льду машин рискованные трюки.Часы бегут, как цифры на табло,И холодно. И он ей греет руки.И деревце сгибается в дугу.Печальное, но все-таки веселье.И застревает молодость в снегуЛошадками ребячьих каруселей.

(Перевод с украинского С. Соложенкиной.)

#mister_goslin

Мистер Гослин все-таки привык ходить в школу раннего развития. Учителя говорят, что он не столько учится, сколько им помогает. А с недавних пор там появился волонтер из American Peace Corps, с ним Мистер Гослин подружился, ездит в школу теперь с удовольствием. И очень часто, когда не очень хочет делать то, о чем его просят, авторитетно произносит:

– А вот мифтер Фтивен говорит: «You can take a horse to the water, but you cannot make him drink». (На полях: Ты можешь подвести коня к воде, но не можешь заставить его пить.)

И мы разводим руками растерянно. Не поспоришь с мистером Стивеном. И с Мистером Гослином тоже не поспоришь. Тем более Дима стал водить его на карате-до. Дядя Левон даже обиделся, почему Дима не повел Мистера Гослина на дзюдо, где все крутые пацики пацаны занимаются. Но поскольку Дима сам занимается карате-до и у него закалка самурая, он вежливо и деликатно объяснил дяде Левону, что придет час, наступит время и Мистер Гослин придет и на дзюдо. А сейчас пока пусть укрепляет характер на карате-до. Потому что это близко от дома. Водить его будут дамы – Агнешка, Кузя или я, поэтому пусть пока так. Мистер Гослин ходит на карате-до в тот клуб, где занимается Лали. И Мистер Гослин уже научился отвешивать поклон тренеру, поклон называется сенсей-нирей, и говорить «ос», что является вроде бы словом согласия. Или приветствия, я не совсем поняла. Лали подарила Мистеру Гослину свое первое кимоно карате-ги. Крышу сносит, какой он красивый в нем и уморительный, когда мотает босыми ножками в боковом ударе ногой йоко-гери. Короче, крутой он у нас каратека.