Турция. Полная история страны

В 1859 году было обнаружено существование тайной организации, называемой «Ассоциацией фидаинов»[152] или «Обществом соблюдения шариата», в которую входили многие влиятельные лица, придерживающиеся консервативных взглядов. По официальной версии, члены организации, недовольные европеизацией османского общества и состоянием экономики, готовили переворот – собирались убить Абдул-Меджида и сделать султаном его брата Абдул-Азиза. Следствие и судебные процессы по этому делу проводились тайно, поэтому нельзя точно сказать, были фидаины заговорщиками или же просто первой консервативной партией в турецкой истории. Ко второму выводу подталкивает то обстоятельство, что раскрытие организации никак не отразилось на Абдул-Азизе, считавшемся наследником престола.

В последние годы правления Абдул-Меджид разочаровался в реформах, которые привели его державу к банкротству, но не стал препятствовать модернизации, а совсем отошел от дел правления (которыми и прежде особо себя не утруждал).

Здоровье султана, так же как и его отца, болевшего туберкулезом, оставляло желать лучшего. 25 июня 1861 года тридцативосьмилетний Абдул-Меджид скончался, оставив после себя шестерых сыновей, четверо из которых впоследствии стали последними султанами Османской империи (Мурад Пятый, Абдул-Хамид Второй, Мехмед Пятый и Мехмед Шестой). Новым султаном стал Абдул-Азиз.

Танзимат

Половинчатость и ограниченность реформ, проводимых Махмудом Вторым, не соответствовала требованиям времени, к тому же процесс реформ, если уж он начат, остановить очень трудно – развитие требует продолжения. Еще при жизни Махмуда Второго были созданы два высших государственных совета – Консультативная ассамблея и Высший совет юридических предписаний, которые стали проводниками реформ Танзимата, «архитектором» которых, как уже было сказано, являлся Мустафа Решид-паша. У проводимых реформ было три главные цели – укрепление центральной власти, предотвращение дальнейшего распада государства (в первую очередь обуздание национально-освободительного движения на Балканах) и снижение зависимости Османской империи от европейских держав, которая порой принимала настолько выраженные формы, что напоминала вассалитет.

Указ (хатт-и-шериф) о реформах вышел в ноябре 1839 года и был оглашен перед летним султанским дворцом Гюльхане, ввиду чего получил название Гюльханейского хатт-и-шерифа. Согласно этому документу, реформы имели своими главными целями обеспечение безопасности жизни, чести и имущества всех подданных Османской империи вне зависимости от их религиозной принадлежности (и национальности), справедливое налогообложение, а также упорядочение рекрутского набора и сокращение срока военной службы с пятнадцати до пяти лет. Призывы к справедливости и порядку звучали привлекательно для низовых слоев общества и реформаторской верхушки, но совершенно не вдохновляли высших и средних чиновников, которые, несмотря на свою кажущуюся европеизированность, брали взятки и злоупотребляли служебными полномочиями. Из-за их скрытого противодействия реформы проводились медленно и не всегда последовательно, а некоторые положения, как, например, равенство в правах мусульман и немусульман, игнорировались практически в открытую. Назначение на мало-мальски важные должности, как гражданские, так и военные, продолжало производиться на основании непотизма и взяток. Новое, прогрессивное уголовное уложение часто соблюдалось только для вида. Преобразования не находили отклика у подданных, поскольку для бедных слоев общества, особенно для представителей немусульманских народов, мало что изменялось к лучшему, можно сказать, что ничего не изменялось.

Старые правила и порядки оказались весьма живучими, но все же дело сдвинулось с мертвой точки и во многих сферах наметились перемены к лучшему. В целом Танзимат принес стране большую пользу, хотя и не такую, как ожидали его вдохновители. Так, например, несмотря на все старания, не удалось упразднить невыгодную для государства и разорительную для налогоплательщиков откупную систему, не удалось стимулировать развитие производства и сельского хозяйства и обеспечить устойчивой национальной валюты – османской лиры, введенной в 1844 году. Инициативы по созданию светских школ и училищ буксовали из-за нехватки средств и преподавательских кадров, а также из-за препятствий, чинимых представителями духовенства, которые привыкли считать образование своей прерогативой. Но все же на образовательном поприще было сделано многое. Особое внимание уделялось созданию военных и педагогических училищ.