Творения. Ч. 2. Толкование на пророка Исаию

Дело Благаго Бога — истреблять негодное, чтобы восстановить Свое создание чистым от всякого порока и, освободив от всякой немощи, возвести в естественное состояние. Ибо в другом месте говорится: «погублю премудрость премудрых и разум разумных отвергу» (ср.: Ис. 29, 14; 1 Кор. 1, 19), потому что мудрость мира сего, введя в обман принявших ее и будучи признана истинной, производит неведение спасительных догматов. Посему мудрость, удаляющая от истины, обращается в ничто чрез разрушение ее хитросплетений и правдоподобий, чтобы предубежденный в ее пользу освободился от обмана и ложного мнения. Как болезнь истребляется врачом и тьма — солнцем, так Благий Бог истребляет укоризну беззаконных и смиряет укоризну гордых. Посему–то и Иаков, благословляя сынов, Симеона и Левию, говорит: «проклята ярость их, яко упорна, и гнев их, яко ожесточися» (Быт. 49, 7), и сим проклятием истребляет лукавую склонность, чтобы оставшееся в них соделалось достойным Патриархова благословения. Так и Ной, узнав, что сделал ему младший сын его, сказал: «проклят Ханаан» (ср.: Быт. 9, 25), и хотя огорчителем был Хам, однако же проклинает не его, а порождение его и дело его, которое символически именуется Ханаан, ибо Ханаан толкуется как «волнение». Итак, поскольку склонность, приведенная в движение, производит страсть, то проклинает не расположение, а дело, им произведенное. Ибо трудно в естестве человеческом сохраниться чистоте сердечной. Явно же, что истребляющий укоризны гордых истребляет не этот один порок, но слово «укоризна» надобно понимать, один грех распространяя на все роды порока. Ибо беззаконные издеваются над храмом, издеваются над ближним, издеваются над сотворенным по образу Сотворшего, а чрез образ «укоризна» восходит на Сотворшего. Ибо как поругавший царское изображение судится наравне с погрешившим против самого царя, так, очевидно, повинен греху поругавший созданного по образу. Но прежде всего делает он «укоризну» себе самому: любодей — растлением, прелюбодей — срамотой дела, тать — низостью, гнусностью и подлостью поступка, лжец — отрицанием истины, клянущийся во лжу — отчуждением от Бога. Поэтому всякий грех есть «укоризна» и прозябение «укоризны» и прежде всего касается самого укорителя. Но смирит и «укоризну гордых», потому что гордость есть сестра беззакония. Ибо неправдивый презирает правду и превозносится над ней, невоздержный говорит против целомудрия, когда презирает того, кто тщательно соблюдает себя во всем и умеряет даже движение очей, сластолюбец укоряет умеренного в образе жизни, безумный осмеивает изобилующих мудростью и трудолюбиво собирающих себе отовсюду познания. Посему Господь, Который «гордым противится» (ср.: Иак. 4, 6) и смиряет «грешники до земли» (ср.: Пс. 146, 6), — Он обещает смирить «укоризну» гордых. А смиряющий гордых как избавляет их от уподобления диаволу, который есть отец гордости, так убеждает научиться у сказавшего: «научитеся от Мене, яко кроток есмь и смирен сердцем» (Мф. 11, 29).

(12) «И будут оставшии честнии паче, нежели злато нежженое, и человек честен будет паче, нежели камень, иже от Суфира».

По наведении великих искушений, по нашествии оружеборцев, опустошающих вселенную, и по смирении всякой гордыни, из многих найдутся люди, не повредившие души в сообщении с беззаконными, но дознанные тысячами искушений и испытаний, показавшие точный опыт своего произволения, и они будут честнее всякого нежженного золота и всякого драгоценного камня, который, как думают, отыскивается в Суфире. А Суфиром, кажется, наименована некоторая страна у индийского народа, в которой, обыкновенно, родятся драгоценные камни. Нежженное же золото — не содержащее в себе никакой примеси постороннего вещества, но с первого взгляда удостоверяющее о себе, что оно доброкачественно и не смешано с медью и другим каким сплавом.

(13) «Разъярится бо небо, и земля потрясется от оснований своих, за ярость гнева Господа Саваофа в день, в оньже приидет ярость Его».