Творения. Ч. 2. Толкование на пророка Исаию

— «Врата градов», — говорит Пророк, — «восплачитеся!» Еще угроза иноплеменникам! И «да возопиют грады смятеннии». Да наполнятся, говорит, воплем от смятения, произведенного в жителях страхом. «Врата да восплачут», по причине приближающейся осады; и «грады», то есть обитающие в городах, «да возопиют». Впрочем, и все живущие в этой стране иноплеменники не останутся в покое, потому что дым от севера коснется всех равно — и городских, и сельских. Ибо «дым от севера идет». Пророк изображает бессилие иноплеменников тем, что не выносят приближения дыма, а тем паче не в состоянии стерпеть огня, возжигаемого иноплеменниками. «Дым от севера идет, и несть, иже пребудет», то есть дым не имеет собственной самостоятельности; естество дыма не есть что–либо существенное и плотное, но это — едкий пар, возгоняемый из дымящегося вещества поднимающимся вверх огнем. Когда иноплеменники приводятся в смятение дымом, который в естестве своем не есть что–либо самостоятельное, что скажут цари языческие, видя страну израильскую в мире? что, кроме сего: «Яко Господь основа Сиона, и тем спасутся смиреннии людий Его»? Сам Он утвердил незыблемые основания Сиона; ибо Сам Бог — «художник и содетель» горнего «града» (ср.: Евр. 11, 10). «Спасутся же в нем не сильные по имуществу, не крепкие по телу, не опытные в военном деле, но "смиреннии людий Его"», — говорит Пророк. Для того «немощная мира избра Бог» (1 Кор. 1, 27), чтобы в них доказать преизбыток Своей силы.

Но чтобы вовсе не оставаться нам без созерцательного исследования, попытаемся, если можно, найти какое–либо руководство к уразумению сказанного в толковании имен. Находим, что имя «Филистей» на еллинском языке переводится «падающий от пития». Смотри же, нельзя ли пьяниц и развратных, которые «на чаши и сткляницы» вдают душу свою и «последи», по слову притчи, ходят «нажайшии белилнаго древа» (ср.: Притч. 23, 31), назвать иносказательно падающими от пития, то есть от неумеренного пития? Падают же они от пития потому, что не могут восходить на высоту Царствия Божия, как ясно говорит Павел: «пияницы Царствия Божия не наследят» (ср.: 1 Кор. 6, 10). Ибо много падений и различны причины, по которым падаем с высоты и не достигаем «почести вышняго звания» (Флп. 3, 14), одной же из сих причин, и притом немаловажной, бывает пожелание и усердие пить. Посему повелено восплакаться вратам сих упивающихся, — вратам, чрез которые входит вино и влечет за собой рой зол. Поэтому и путям, где совершается грех, слово повелевает обратиться к рыданию, и кто устами содевает грех пьянства, тому велит устами и стенать. А грады сих врат суть самые чувствилища души, в которых имеют свое пребывание сборища лукавых помыслов, множество пожеланий, козлогласования и пьянства; они–то, приводимые в смятение и тревогу представлением, составившимся под влиянием вина, не имеют в себе «мира, превосходящаго всяк ум» (ср.: Флп. 4, 7), но пребывают в непрестанном колебании и волнении, поэтому они вопиют. К ним–то теперь приносится дым севером, о котором сказал Соломон: «Север жесток ветр, именем же приятен нарицается» (Притч. 27, 16), то есть приносится жестоким духом. Кто стал жестоковыен пред Вседержителем и ожесточил сердце свое, тот приносит к ним дым — повод к слезам, — дым, который иные называют приятным. Кто же сии иные, как не те, у которых судилище ума повреждено, которые обнаруживают в себе превратные мнения о вещах, «глаголют горькое сладкое, и сладкое горькое, полагают свет тму, и тму свет» (ср.: Ис. 5, 20)? Они, обольщаемые преобразующимся в ангела светла, его, зловещего и проклятого, нарицают приятным. А что севером называется сопротивная сила, сие видно из слов: «от лица севера возгорятся злая», сказанных в видении «коноба поджигаемаго» (ср.: Иер. 1, 14, 13). Но таковые лишены пребывания. Поскольку с ними нет истинно сущего, то сказано: «и несть, иже пребудет».