Ты

– 2-Знаю, что если сорвусь, то потом пожалею.Знаю, что если уйду, никогда не вернусь.До сумасшествия мне надоели метели -Круглогодично метут, и я с ними сопьюсь.Больно ходить по осколкам разбитой посуды.Склеенной чашке не место на полках в шкафу.Выбросить надо , а я: "Пусть побудет покуда …".И на руках, как ребёнка грудного, ношу.Если урод да родной – его любят сильнее.Жалость давно надломила изменой меня.Снова держу эту тварь у себя на коленях,

Глажу, сквозь зубы цежу : " Чтоб ты сдохла, змея".

Синичка-птичка

день белой простыней, застывшей на морозе,и хруст его скрипуч, без пятен и морщин,окутывает ночь, запутавшись в вопросе,двуполые ничто от женщин и мужчин,с запястьями беда – тонки и жутко ломки,сгибаются в часах – огромен цифер блат,и гроздья пальцев, как поникшие головкипроснувшихся цветов под самый снегопад,на каждый тонкий перст – по толстому колечку,под каждый ноготок – шипы отчаянья роз,

увядший интерес горбом торчит заплечным,на перепонки лап сменив крыла стрекоз.разомкнуты луга, расставлены капканы:побольше – на людей, поменьше – на зверье,приняв за русла рек отходные канавы,прикармливают рыб волшебных на старье.чем глубже синева – тем уже расстояниеот неба до земли, но не наоборот,не сами по себе врут тени на экране,и пантомима тел – не признаком пород,я слушала ветра, сушила листопады,ждала снеговиков, топила жарко печь,

а ты построил хлев на трех столбах для стада,зачем тебе зима, на снег тебе не лечь.цветов тебе не рвать, не пить ручья в предгорье,не пчелы и не мед – здесь осы гнезда вьют.свой шик на пшик давно бездарностям проспорил,журавль – высоко, синичка-птичка – фьють!

Ночные фиалки

мои ночи – фиалки ночныепосле лёгких и тёплых дождей,обглодают меня до костей,кости – выплюнут на чаевыенесмышлёным рассветам, уйдут

неспеша, благородно-вальяжно,на тарелках салфеткой бумажной,перепачканной жирностью губ,недосказанность фальши ответнойна чужую щербатую фальшь,да по лужам гоняется ветромцвет черёмух, измолотый в фарш.а на стуле за скатертью белой,разрисованной каплями вин,за столом, с недоеденной верой,сон один, стон один, он один…

Ты спишь