У истоков Руси

Врагами Русской земли по-прежнему на юго-востоке с степной стороны были половцы, а на западе с лесной стороны литва; но отношения сих врагов к Русской земле во время Суздальщины значительно изменились. Половцы год от году делались менее страшны, хотя и продолжали делать свои набеги, и иногда довольно значительные; но русские люди довольно уже попривыкли к сим беспокойным кочевникам и за набеги сами платили также набегами, и довольно сильными. А князья русские по-прежнему продолжали пользоваться половецкими полчищами как союзниками или наемниками в своих междоусобиях; они по-прежнему роднились с половецкими князьями, сами женились на их дочерях, и русские княжны и княгини выходили замуж за половецких князей, так что многие половецкие князья уже носили славянские княжеские имена, и даже иные принимали святое крещение; многие из половцев уже поступали в службу к русским князьям, селились в русских пограничных городах и принимали строй русской жизни. И кажется, было уже недалеко то время, когда бы половцы должны были или обратиться в мирных соседей русским, или подчиниться русскому владычеству.

Но совсем в ином положении была литва, теперь набеги литовцев год от году делались сильнее и грознее; в прежнее время сии лесные дикари ограничивались набегами на соседние Полотские, Туровские и Пинские владения, и то изредка; во время же Суздальщины литовцы стали проникать во владения Псковские, Новгородские, Смоленские, Черниговские и Волынские, и набеги их делались все чаще и чаще. Колонии полотские и кривские в Литовской земле мало-помалу уже совершенно были отделены от своих метрополий и частию признавали над собою власть литовских князей или русских князей, посаженных литовцами. Самый Полотск уже недалек был от того, чтобы подчиниться какому-либо литовскому князю, он уже не раз, как мы видели, принимал своих князей, посаженных полками литовскими. Полочане, прежде грозные для литовцев, теперь сами стали бояться литвы; Западная Двина, эта торная веселая дорога полочан к морю, теперь уже под страхом литвы обратилась в пустынное болото. Вот как говорит певец «Слова о полку Игореве» об отношениях литвы к современным ему полочанам: «Двина болотом течет оным грозным полочанам под кликом поганых (литовцев). Един же Изяслав, сын Васильков, позвони своими острыми мечи о шеломы литовские, притрепа славу деду своему Всеславу, а сам под черлеными щиты на кроваве траве притрепан литовскими мечи, изрони жемчужную душу из храбра тела, чрез злато ожерелье. Унылы голоси, пониче веселие, трубы трубят Городенские. Ярославе и вси внуцы Всеславли, уже понизить стязи (знамена) свои, вонзить мечи вережени, уже бо выскочисте из дедней славе. Вы бо своими крамолами начасте наводити поганые (литовцев) на землю Русскую, на жизнь Всеславлю» (т. е. на Всеславово достояние). И действительно, князья полотские, потомки знаменитого Всеслава, своими междоусобиями выдвинули литовцев, сами вызвали их из непроходимых лесов и пущей; сами водили их на свою братью, сами учили воевать с русскими и брать города и таким образом на свою голову дали ход этому полудикому племени.