Учение о стадиях преступления

Именно потому, что любое последствие в самых, казалось бы, неизбежных ситуациях может быть отклонено случайностями, едва ли нужно связывать его с неизбежностью. История знает множество случаев, когда даже падение с очень большой высоты заканчивалось для падающего легкими царапинами. Так, несколько десятилетий назад печать сообщила об удивительном случае: человек падал с километровой высоты, попал сначала на пластиковую крышу завода, которая проломилась, но, спружинив, смягчила удар, а затем он приземлился на кучу обтирочного материала, завезенного в цех незадолго до его падения. Всем памятен случай, когда в Южной Америке в воздухе взорвался самолет, но одна девушка осталась жива и смогла после этого преодолеть километры джунглей. В начале 1987 г. газеты сообщили о тренировочном прыжке с парашютом с высоты около трех километров, при котором у парашютистки не раскрылся парашют; инструктор специально затянул прыжок, догнал и поймал в воздухе парашютистку, раскрыл свой и ее парашюты; оба благополучно приземлились.

С позиции сторонников неизбежности во всех этих и многих других подобных ситуациях результат должен наступать неизбежно, но его не было и при возникающих случайностях быть не должно. Здесь нужно говорить не о неизбежности, а о необходимости наступления последствий, которая может быть изменена случайностями, поскольку необходимость — всегда совокупность случайностей; необходимость выступает как признак причинения, как закономерное существование следствия в самой причине, а случайность — лишь форма выражения необходимости, лишь соотношение двух необходимостей между собой. Именно в этом заключается суть соотношения необходимого и случайного в диалектическом материализме[210]. А это уже в корне меняет решение анализируемых случаев совершения преступления с косвенным умыслом.

2. Соотнесение приведенных и подобных примеров только с прямым умыслом некорректно. Вообще надо отметить, что необходимость и случайность как категории сугубо объективные никоим образом не зависят и не могут зависеть от вины — субъективной категории, так как при их определении разрешается один относительно простой вопрос, следует ли с необходимостью или случайно за одним явлением другое. В свою очередь и вид вины не зависит от необходимости и случайности (например, необходимые причинные связи возможны и при умысле, и при неосторожности).

3. Неверно было сопоставлять на одном уровне виды умысла с неизбежностью (прямой умысел) или возможностью (косвенный умысел) наступления последствий[211], поскольку неизбежность и возможность не являются одноуровневыми категориями. Возможности можно противопоставить только действительность, но никак не неизбежность. Уголовный кодекс РФ сделал замечательный шаг вперед, связав в отличие от УК РСФСР 1960 г. предвидение применительно к прямому, косвенному умыслам и легкомыслию с возможностью наступления преступного результата, так как нельзя предвидеть действительность, которая уже есть, существует и ее можно только наблюдать, осязать и т. д., но не предвидеть. Однако при этом законодатель наряду с предвидением возможности наступления преступного результата вводит предвидение неизбежности его наступления (ч. 2 ст. 25 УК РФ), повторяя ту же самую теоретическую ошибку, выводя уголовно–правовую терминологию за пределы философских категорий, разрушая ту непрочную основу терминологии, которая у нас пока существует. Если окружающий мир представлен либо как возможный, либо как действительный, где здесь место неизбежности? Сторонники критикуемой позиции могут сказать, что речь идет только о предвидении неизбежности, о создании в сознании виновного образа результата как неизбежного: «Лицо, намеренное причинить определенные последствия, убеждено в реальном осуществлении своих намерений, мыслит их в идеальной форме как уже наступившие и, следовательно, представляет их себе как неизбежные»[212]. Нужно отметить, что в данном случае мы сталкиваемся с определенным теоретическим изыском: виновный никогда не думает о неизбежности последствий. Да, он стремится к желаемому результату, да, он видит этот результат в качестве реально возможного, но он не задумывается о «неизбежности».