Ученые скрывают? Мифы XXI века

«Возвращаясь к гейдельбергской челюсти, отметим, что обстоятельства ее обнаружения были далеко не безупречными».

«Когда думаешь, что многие приписываемые фон Кенигсвальду находки на самом деле были сделаны местными жителями или рабочими, которым платили „поштучно“, описанная сцена не может не вызывать некоторого беспокойства»{193}.

В свете цитат, приведенных выше в таблице, внезапное беспокойство авторов вызывает у меня неудержимый смех. Ведь эти же деятели предлагают специалистам учитывать в исследованиях «находки», от которых не осталось ничего – ни слепков, ни рисунков.

Кстати, о классических находках. Челюсть гейдельбергского человека, питекантроп из Триниля, неандерталец из Дюссельдорфа, австралопитек из Таунга находились в поле зрения исследователей в течение всего XX века и интенсивно изучаются до сих пор. Не далее как в 2014 году слои Триниля в очередной раз датировали аргон-аргоновым и люминесцентным методами{194}. Даже пропавшие во время Второй мировой войны останки синантропов не исчезли из научного оборота благодаря копиям, многочисленным фотографиям и подробным описаниям, а раскопки в Чжоукоудяне продолжаются до сих пор и дают новые плоды. Если же Кремо считает, что научное сообщество неоправданно отвернулось от собранных им аномалий – что же мешает «члену Всемирного конгресса археологов» проводить свои исследования на современном научном уровне?

Резюме. Оригинальное название книги – Forbidden Archaeology – «Запрещенная археология». Но, по-моему, ей больше подходит заголовок Forgotten Archaeology – «Забытая археология». Когда мы что-то выбрасываем на свалку, мы быстро забываем об этом. «Аномальные» курьезы Кремо, выкопанные им на археологической свалке, находятся там совершенно заслуженно.

Обезьяны не превращаются в людей! Поэтому эволюции не было

«Никто и никогда не видел, чтобы хоть одна обезьяна превратилась в человека». Фраза, достойная первого места в хит-параде мифов об эволюции. Но поскольку на эту тему уже неоднократно высказывались известные ученые (например, Александр Марков{195}), я не стал включать миф в свою первую книгу. К чему повторяться? Однако заблуждение невероятно живуче, и я должен уделить ему внимание. Попробую же написать по-своему.

Как часто бывает, заблуждение родилось из упрощенной и неверно понятой научной идеи. Ведь для обывателя вся «теория Дарвина» заключена в знакомой со школы формуле «обезьяна стала человеком». Получается, любой мартышке это на роду написано. Как головастик превращается в лягушку, так и обезьяна должна в один прекрасный момент сбросить шерсть, вскочить на задние лапы и превратиться в доброго молодца (или красную девицу). А раз этого не происходит – в чем гражданин убедился, посетив местный зоопарк – значит, ученые врут!

Стереотип убеждает, что наш предок – это какая-нибудь Чита из мультика. Вспомните, как в фильме «Ночь в музее» президент Рузвельт говорит: «Лари, кто эволюционировал?», указывая при этом на капуцина, как будто это не современная широконосая обезьяна из Южной Америки, а наш прямой предок, пробудившийся после миллионов лет анабиоза. На самом же деле капуцины хоть и входят в отряд приматов, но от человеческой эволюции очень далеки – 30 млн лет назад разошлись наши пути-дорожки.

А какая же обезьяна должна стать человеком? Гиббон? Павиан? Мартышка? Карликовая игрунка? Тамарин? Сейчас на планете проживает более 400 видов приматов, но никто из них нашим предком не является. От тех древних обезьян, которые миллионы лет назад встали на путь очеловечивания, остались лишь кости. Ископаемые обезьяны не походили на современных. Это во-первых.

Во-вторых, люди привыкли считать, будто эволюция – это восхождение на вершину, где на золотом троне восседает царь природы, кульминация эволюционного процесса – Человек. Прочие существа, рассевшиеся на убегающих вниз ступеньках – от обезьян до бактерий, – только и мечтают, как бы взобраться повыше. Но эволюцию правильнее изображать в форме дерева, где каждое ныне живущее существо сидит на собственном престоле, на верхушке своей веточки. Расстояние от корня дерева до любого из современных видов одинаковое. Потому что каждый вид – будь то человек, макака-резус или шпорцевая лягушка – прошел эволюционный путь равной длины. На ближайшей к нам ветке сидит шимпанзе, но «перемахнуть» к нам – стать человеком в один прыжок – не получится!