Удачливый рыболов

О мае написано немало прекрасных и восторженных слов, и мне хочется к ним немного добавить и своих. Как все-таки май прекрасен и удивителен! Именно в нем заметно повышается продолжительность дня, а ночи становятся короткими и теплыми. Часто стоят ясные тихие дни. Если в начале месяца пробудившаяся ото сна природа начинает расцветать, то во второй половине месяца, куда ни посмотришь, она уже благоухает. А какое огромное разнообразие цветов и расцветок появляется в это время! Именно в этом месяце в тихую погоду с восходом солнца на горизонте нередко рассеивается дымка, и начинают хорошо просматриваться дали, в которые хочется смотреть и смотреть и замечать все их подробности. На душе в это время становится легко, и мы на мир смотрим широко открытыми глазами. По красоте природы и ее эмоциональному воздействию на человека май – самый лучший месяц. Из других месяцев лишь сентябрь в своем начале или в середине, когда деревья начинают одеваться в красивый осенний наряд, отдаленно может напоминать нам по своему эмоционально-благотворному воздействию на человека май. Нередко по поводу мая припоминается весьма популярная в свое время песня на слова известного нашего поэта-песенника И. Резника.

…Яблони в цвету – какое чудо,

Яблони в цвету – я не забуду…

Конечно, в то время не было этого прекрасного стихотворения, но природа действовала на нас и тогда так же, как и сейчас. Мы не только ею наслаждались и восторгались, но и она нас делала душою лучше и чище.

Не доходя реки, мы нередко заходили в лес за червями. Основу пойменного леса здесь составлял дуб. Листочки на деревьях еще были небольшими, но они придавали кряжистым с широкими кронами дубам какой-то особый, можно сказать, весьма величественный зеленовато-темный вид на фоне голубого неба.

Червей в это время было много. Стоило только в низинках разгрести листву, как с влажной лесной земли уже можно было собирать подлистников, даже не разрывая особо палочкой землю.

– И всегда их здесь так много? – спрашивал я деда.

– Нет, только весной. В засушливые лета их становится очень мало, – отвечал дед. – Лишь в самых низких местах, да еще хорошо порывшись в земле, их можно только отыскать. Я обычно в засушливые лета ловлю рыбу на личинку поденки – бабку. По прибытии на место я попробую ее добыть. Специальный черпак я для этого взял.

Подойдя к месту, где мы собирались ловить рыбу, дед достал из своей довольно объемной корзины-рюкзака черпак, представляющий собой совок железной лопаты с загнутыми вверх на 3–4 сантиметра боковинами и насадил его на довольно длинную и крепкую палку-черенок. Зайдя немного в воду, он зачерпнул недалеко от невысокого обрывистого берега донный грунт и выложил его на сухое место.

– Возьми небольшую палочку и разгребай этот глинистый ил! – обратился дед ко мне.

Вскоре я заметил в вытащенной илистой массе какое-то серое шевелящееся существо, а затем еще двух.

– Это и есть бабка, – сказал дед, вытаскивая новую порцию глинисто-илистого грунта. Личинку поденки я увидел первый раз, но не раз слышал от опытных рыболовов, что она является одной из лучших насадок для ловли практически всей мирной рыбы. Затем дед, зачерпнув в стеклянную баночку воду, протянул ее мне. Рис. 1 .

Рис. 1. Поденка. Личинка поденки и насаживание ее на крючок