Удивительное путешествие доктора Дулиттла

– Разбивать склянки? – поразилась сова. – Но зачем же нам в море бить посуду?

Попугаиха Полли просто зашлась от смеха. Она хлопала себя крыльями по бокам и хохотала до слез.

– Ох, уморила! – всхлипывала она. – Вот что значит никогда не бывать дальше собственного дупла! Склянки – это не посуда. Так называют время на корабле. Сколько раз ударят в колокол, столько часов, то есть склянок, отбили. Понятно?

– Понятно, – сказала сова, хотя мало что поняла, а еще меньше поверила. «Странное дело – морское путешествие, – подумала она, – в море полно воды, а пить ее нельзя. Бьют какие-то склянки, а говорят, что отмеряют время». Если бы она, бедняжка, услышала вдобавок, что пройденный путь моряки отмеряют не километрами и часами, а узлами, то совсем бы запуталась. Она, наверное, решила бы, будто на корабле тем лишь и занимаются, что завязывают узлы на веревках. На самом деле только так говорят: «Скорость нашего корабля десять узлов». Такие уж странные эти моряки – придумали свой морской язык. Впрочем, если у зверей есть свой язык, почему бы и морякам не завести свой?

Но мы отвлеклись и забыли про попугаиху Полли, которая важно продолжала:

– Якорь, якорь бы нам не забыть! Иначе мы не сможем остановиться у берегов Африки, а вечно будем скитаться по морям, как «Летучий голландец».

– Кто такой летучий голландец? – тут же спросила любознательная сова.

– Это корабль-призрак. Моряки говорят, что встреча с ним предвещает беду.

– Но мы, наоборот, плывем выручать из беды! Мы идем на помощь! – воскликнула сова Ух-Ух.

– Вот потому-то нам и нужен якорь, – назидательно сказала Полли.

– Успокойся, Полли, – вмешался доктор Дулиттл, – на корабле есть якорь, и колокол, и даже причальный канат. Я проверил.

– Замечательно! – обрадовалась попугаиха. – Тогда нам остается самая малость – проложить курс. Наметить путь корабля, указать, через какие моря мы поплывем, – на всякий случай пояснила она непонятливой сове.

– Ага, – кивнула сова и приготовилась записывать названия морей.

А попугаиха Полли вдруг запела скрипучим голосом:

Впереди у нас нелегкийПуть до Африки далекой.Откровенно говоря,Переплыть, друзья, придетсяНе ручьи и не болотца —Разноцветные моря!Пиши, сова ученая!Белое и Черное,Желтое и Красное,А самое опасное —Мертвое, ужасное!

– Мы наверняка погибнем! – всполошилась сова Ух-Ух.

– Не волнуйся, сова, – вдруг прощебетала ласточка, которая давно уже отогрелась и сидела на книжной полке почти под потолком. – Я покажу самый короткий путь в Африку. И вам не придется преодолевать столько разноцветных морей.

Попугаиха Полли замолчала и обиженно нахохлилась. Она сто лет уже не была в Африке и не решалась спорить с ласточкой. Ведь та каждую осень проделывала этот путь.

Пока попугаиха Полли занималась снаряжением экспедиции, доктор Дулиттл принялся улаживать дела в доме. Он велел заколотить ставни, запер двери в спальне и кладовке, устроил в подвале мягкие постели для хомяков, барсуков, сонь и летучих мышей, чтобы они спокойно спали всю зиму. Он заготовил в сарае побольше сена, чтобы лошадь не голодала без них. Ключи от дома он решил оставить этой старой лошади, потому что она не засыпала на зиму и могла следить за домом до их возвращения.

Наконец все было упаковано и сложено в баулы и чемоданы. Доктор Дулиттл погрузил весь скарб на тележку, и лошадь отвезла его в бухту, где их дожидался корабль. Тут же собрались старый капитан дальнего плавания, Кошачий Кормилец с женой Кошелизой, пришла и сестра доктора Дулиттла, которую теперь все звали не мисс, а миссис Салли. Она напекла им в дорогу творожных пирожков и припасла целую кучу советов.

И вот наступил долгожданный час. Доктор Дулиттл, собачка Гав-Гав, поросенок Хрю-Хрю, утенок Кря-Кря, сова Ух-Ух, попугаиха Полли и крокодил Кро-Кро стояли на палубе корабля и махали всем на прощание платками. Миссис Салли там, на берегу, не махала в ответ платочком. Она им утирала слезы. Попугаиха Полли вспорхнула на самую высокую мачту и запела:

Надует ветер паруса,Кораблик понесет.Нас поджидают чудеса —Опасности не в счет.Манят отважных моряковДалекие моря.У африканских береговМы бросим якоря.

И с этой веселой песенкой их кораблик вышел в открытое море. Обезьянка Чу-Чу сновала с мачты на мачту, распуская паруса. Сова Ух-Ух качалась в плетеной корзинке над палубой, вглядываясь в даль, чтобы первой увидеть африканский берег. Попугаиха Полли внимательно следила за курсом корабля. А впереди над волнами, почти касаясь их седых макушек, вилась ласточка. Она уверенно стремилась вперед, указывая мореплавателям дорогу в безбрежном море.