Читаем Удивительные дети полностью

- Когда маленькая стрелка будет на шести, а большая на двенадцати.

- А когда большая будет на двенадцати?

- Когда будет шесть часов.

- А когда маленькая будет на шести?

- Когда большая будет на двенадцати.

- А когда?

- Что когда?

- Когда будет мультфильм?

- Будет вечером.

- А когда будет вечер?

- Ведь я говорил.

- Я слышал. Но мультфильм когда будет?

Вот и наступил вечер за длинным разговором.

Отец включает ему телевизор, а он говорит:

- Вот это другое дело. Ждать не надо. Это я понимаю!

Он одного не понимает: что маленькая стрелка уже на шести, а большая на двенадцати…


На речке

В воображении моём создавалась картина нашей драки: мы с Васькой катаемся по земле, вцепившись друг в друга, он меня царапает, а я его. Никто пощады не просит, бесконечно долгое время катаемся, царапаемся и кусаемся…

Глупость, конечно, если рассудить: отправляемся после уроков драться, вместо того чтобы домой обедать.

Спор был, кому на последней парте возле окна сидеть.

Место редкое, незаметное и обзорное. Сколько хочешь всю улицу обозревай, а хочешь - весь класс обозревай. К доске раз в месяц вызовут, а то и того меньше. Опустишь го лову, тебя и не видать. Вро де бы в классе, а вроде бы тебя и нет. Замечательное, в общем, место. Сашка там раньше сидел, одни пятёрки получал. Сашка коклюшем заболел, и место освободи лось. Васька взял туда и сел. А я давно на это место метил. Можно сказать, меч тал туда уединиться.

Пишу Ваське записку:

«Освобождай место, я его раньше приметил». Он мне отвечает: «Кто раньше сел, тот и сидит». Он раньше сел, но я раньше приметил. Я ему пишу: «Кто раньше приметил, тот и должен сидеть, а не тот, кто сразу сел». Он мне отвечает: «Сначала докажи, что ты раньше приметил, а потом садись».

Как же я докажу, вот хитрец! Я ему кулаком погрозил, а он смеётся.

На переменке подхожу, заявляю свои законные требования, а он их законными не признаёт. Неужели не понимает, что я давно мечтал на последней парте сидеть! Хватаю его за рукав и тяну. А он не поддаётся.

В это время звонок. Я на место. Попробую его на следую щей переменке вытащить.

Он мне записку пишет: «Ты за это получишь!» Я ему кулак показал, чтобы он знал, кто получит. Тем более мне получать не за что, а ему есть. Он на моё место сел, а не я на его.

На следующей переменке я его снова тащить начал.

И вот теперь отправляемся мы на речку драться.

Школа у нас на горе помещается. А внизу речка. Полян ка. Знаменитый художник Левитан, говорят, написал здесь несколько своих пейзажей. Уютное местечко. Изумительный вид. Лучшего места для драки не сыскать.

Спустились по тропинке на полянку.

Трава вовсю зеленеет. Птицы галдят на деревьях. А рядом речка журчит. И лошади пьют воду.

Стоим мы с Васькой среди настоящей весны, замечательной природы, замечаем в небе самолёт и глядим на него с удовольствием.

С удовольствием гоняем по траве чей-то старый ботинок, мочим в речке ноги, пьём воду с лошадьми, загораем без маек, болтаем обо всём на свете и договариваемся сидеть на той парте по очереди до тех пор, пока Сашка не выздоровеет от коклюша.


Хочу лошадь

- Э х, - говорит В а с ь к а, - была бы у меня лошадь, сел бы я на неё да поскакал бы во весь дух из города до самого поля, и дальше, дальше в лес, помчался бы по лесной дорожке, выскочил бы на полянку и дальше!

Лечу стрелой, а рядом поезд несётся.

Перегнал бы поезд и дальше скачу, скачу себе, скачу без остановки…

- Ну и до какого же места ты доскакал бы? - спрашивают ребята.

- А ни до какого, до того же самого.

- Как это понять? - спрашивают ребята.

- А очень просто, земля круглая, так по кругу обратно и вернулся бы.

- Ишь ты, - смеются ребята. - Вот на ракете - вжик!

А не на лошади.

- А я хочу на л о ш а д и, - говорит Васька.

- Вот ч у д а к, - смеются ребята, - зачем тебе лошадь?

Машину бы гоночную! И - вжик!

- А я лошадь х о ч у, - говорит Васька.

Ребята говорят:

- А ещё мотоцикл неплохо. Стоящая, между прочим, вещь. Сел - вжик!

- А я хочу л о ш а д ь, - твердит Васька.

- Самое лучшее в е л о с и п е д, - говорят р е б я т а, - крути себе педалями - и вжик!

- Мне лошадь н а д о, - говорит Васька.

- А самолёт? Ка-ак - вжик!

- Эх, лошадь бы м н е, - вздыхает Васька, - я бы за гриву крепко держался, ни за что на свете бы не упал, скакал бы, всё скакал без передышки семь дней и семь ночей и назад возвратился… А вжик я не хочу, потому что мне лошадь охота…


Удивительное предложение

Анна Михайловна записала на доске: ВЕСНА, ТРАКТОРЫ, НАСТУПИЛА, ЗАГУДЕЛИ.

И сказала:

- Составьте предложение из этих слов.

Саша встал и прочёл:

- НАСТУПИЛА ВЕСНА, ТРАКТОРЫ ЗАГУДЕЛИ.

- Запишите это в тетрадь, - сказала Анна Михайловна.

Вдруг Катя говорит:

- Смотрите! А он написал: НАСТУПИЛИ ТРАКТОРЫ, ВЕСНА ЗАГУДЕЛА!

Анна Михайловна говорит:

- Это ты, Саша, Так написал? Ты ведь правильно прочёл.

- А мне хотелось по-другому написать, чтобы по-другому было, - говорит Саша.

- Я не просила писать п о - д р у г о м у, - говорит Анна Михайловна, - но раз такая необходимость…

Перейти на страницу:

Похожие книги

Тревога
Тревога

Р' момент своего появления, в середине 60-С… годов, «Тревога» произвела огромное впечатление: десятки критических отзывов, рецензии Камянова, Р'РёРіРґРѕСЂРѕРІРѕР№, Балтера и РґСЂСѓРіРёС…, единодушное признание РЅРѕРІРёР·РЅС‹ и актуальности повести даже такими осторожными органами печати, как «Семья и школа» и «Литература в школе», широкая география критики — РѕС' «Нового мира» и «Дружбы народов» до «Сибирских огней». Нынче (да и тогда) такого СЂРѕРґР° и размаха реакция — явление редкое, наводящее искушенного в делах раторских читателя на мысль об организации, подготовке, заботливости и «пробивной силе» автора. Так РІРѕС' — ничего РїРѕРґРѕР±ного не было. Возникшая ситуация была полной неожиданностью прежде всего для самого автора; еще более неожиданной оказалась она для редакции журнала «Звезда», открывшей этой работой не столь СѓР¶ известной писательницы СЃРІРѕР№ первый номер в 1966 году. Р' самом деле: «Тревога» была напечатана в январской книжке журнала СЂСЏРґРѕРј со стихами Леонида Мартынова, Николая Ушакова и Глеба Горбовского, с киноповестью стремительно набиравшего тогда известность Александра Володина.... На таком фоне вроде Р±С‹ мудрено выделиться. Но читатели — заметили, читатели — оце­нили.Сказанное наглядно подтверждается издательской и переводной СЃСѓРґСЊР±РѕР№ «Тревоги». Р—а время, прошедшее с момента публикации журнального варианта повести и по СЃРёСЋ пору, «Тревога» переизда­валась на СЂСѓСЃСЃРєРѕРј языке не менее десяти раз, и каждый раз тираж расходился полностью. Но этим дело не ограничилось: переведенная внутри страны на несколько языков, «Тревога» легко шагнула за ее рубежи. Р

Александр Гаврилович Туркин , Татьяна Наумова , Ричи Михайловна Достян , Борис Георгиевич Самсонов , Владимир Фирсов

Проза для детей / Проза / Самиздат, сетевая литература / Фантастика / Юмористическая фантастика / Современная проза / Эро литература