Удивительный мир птиц. Легко ли быть птицей?

Наблюдая, как самцы перелетают с ветки на ветку в густых кронах, я размышлял, каким образом первопроходцы орнитологии вообще сообразили, что происходит там, где токуют скальные петушки: ни единой самки я не видел, следовательно, не видел и самцов в разгар брачных ухаживаний. Местные жители явно знали об этих птицах и о том, как они токуют, на протяжении тысячелетий, и делали из яркого оперения самцов головные уборы.

Токующих скальных петушков первым описал Роберт Шомбургк – географ, по поручению королевы Виктории выполнивший грандиозную задачу составления карты Британской Гвианы (ныне Гайана). 8 февраля 1839 года, во время трудного перехода через горы между Ориноко и Амазонкой, Шомбургк и его товарищи наблюдали группу из десяти самцов и двух самок скальных петушков: «Диаметр поляны составлял четыре-пять футов [1,2–1,5 м], она выглядела полностью расчищенной от травы так же тщательно, как будто это было сделано человеческими руками. Один из самцов скакал по ней к явному удовольствию остальных». В 1841 году брат Шомбургка, Ричард, ботаник и орнитолог, вернулся в Гвиану и подтвердил уникальные наблюдения Роберта: «…мы услышали в стороне от нас призывные голоса нескольких каменных петушков, к которым два вооруженных индейца тотчас же начали подкрадываться. Вскоре один из них возвратился и знаками дал мне понять, что я должен за ним следовать. Мы проползли сквозь кустарник несколько тысяч шагов с величайшею осторожностью… и я… был свидетелем одного из самых привлекательных зрелищ». Это было токование в самом разгаре. «Целое общество этих великолепных птиц танцевало в это время на гладкой, плоской поверхности огромной скалы. На кустарнике, окружающем ее, сидело около двадцати, очевидно очарованных, зрителей, самцов и самок, в то время как по ровной поверхности этого утеса ходил по всем направлениям самец, со странными движениями и особенной поступью. Эта смешная птица расширяла наполовину свои крылья, причем во все стороны закидывала свою голову, царапала ногами твердый камень, подпрыгивала в высоту постоянно с одного места, распускала хвост колесом и с гордой осанкой снова начинала прохаживаться кругом площадки, до тех пор, пока, по-видимому, не устала; она издала тогда звук, не похожий на обыкновенный ее крик, взлетела на ближайшую ветку, а ее место занял другой самец, который так же выказывал свое танцевальное искусство и красоту оперения, чтобы через несколько времени, уставши, уступить место новому»[42]

[43]

.

Подобно нескольким другим токующим видам птиц, самцы скальных петушков с большой тщательностью выбирают место для брачных ритуалов. Австралийский атласный шалашник предпочитает освещенные солнцем уголки, некоторые райские птицы Новой Гвинеи и манакиновые Южной Америки сами создают солнечные полянки на лесной подстилке, подстригая ветки ближайших деревьев. Некогда считалось, что эти «садовые работы» призваны свести до минимума риск нападения хищников, но по мере улучшения наших представлений о зрении птиц стало ясно, что манакиновые манипулируют цветом фона, чтобы усилить зрительный контраст с их оперением и в целом повысить эффективность своего сексуального демонстрационного поведения.

Вид самцов скальных петушков и яркость их оперения на солнце привели меня в восторг, но я задумался, видят ли их самки так же, как вижу я. На самом деле, как мы вскоре убедимся, самкам они кажутся еще более ослепительными.

Как признавал Дарвин, яркая окраска оперения самцов, например скальных петушков, вряд ли появилась в процессе эволюции потому, что способствовала выживанию. Подобные признаки должны были развиваться потому, что повышали репродуктивную успешность. Дарвин полагал, что это развитие происходило по одному из двух сценариев: либо самцы соперничали друг с другом за самок, либо самки предпочитали спариваться с наиболее привлекательными самцами. Идея была оригинальна и точно описывала зачастую кардинальные различия во внешнем виде и поведении самцов и самок. Дарвин назвал этот процесс половым отбором, в отличие от естественного отбора, признавая, что, хотя из-за яркого оперения или громкого пения самцы становятся более уязвимыми для хищников, в том случае, если они привлекательны для самок и оставляют достаточно потомства, они все равно соответствуют критериям отбора. Однако возникли проблемы, особенно со вторым процессом – выбором, который делают самки. Современники Дарвина просто представить не могли, чтобы особям женского пола (и не только животных, но и человека) хватало сообразительности сделать осознанный выбор. Но, полагая, что такой выбор требует осознанности, они упускали из виду главное. Более серьезный вопрос поднял Альфред Рассел Уоллес, указавший Дарвину, что тот не уточнил, каким образом самки выигрывают от спаривания с особенно привлекательными самцами. Дарвин действительно этого не знал.