Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло

Тем более по ней здесь просто ходят ногами. И даже сердятся, что она липнет к подошвам. Это для нас – ценность и лакомство, эти сладкие ягоды. И не надо себя винить и корить. Или ждать сурового окрика. Можно. Можно есть шелковицу и жить.

Неожиданные поступки совершают люди

И не надо судить по внешности. Она обманчива иногда. В кафе сидел старик; высокомерный и неприступный. Похожий на стервятника; профиль такой хищный, лысая голова в обрамлении седых перьев-волос по бокам, пальцы скрючены… Брови мохнатые, седые. И так он презрительно на всех смотрел, свысока. И брезгливо ел свой обед. Одет с иголочки, хотя здесь, у моря, люди запросто одеты: шорты да майки. А этот сидит, как Дракула, смотрит белесыми глазами на всех. Наверное, ядовитый плющ, а не человек! Вилку осмотрел, что-то не понравилось, подозвал официанта и знаком велел другую принести. Моментально принесли! Леденящий душу старик.

И тут другой молоденький парнишка, официант, уронил поднос с горой посуды. Прямо рядом с этим стариком. И даже этого неприятного человека забрызгал сильно. Звон, грохот, мальчишка растерян и напуган, это видно. Наверное, у него вычтут из жалованья эту посуду. И старый стервятник ему покажет сейчас! – так все думали. А из другого зала на звон бежал менеджер или метрдотель, – я не знаю точно. Начальник официанта. Он подбежал к парнишке, только рот открыл, а старый стервятник ткнул себя в грудь и сказал, что это он разбил. Его вина. Он проявил неловкость и толкнул официанта. Хотя он же не вставал из-за столика! – но метрдотель этого не видел.

Старик достал кошелек и стал спрашивать, сколько? Сколько он должен за посуду?

Наверное, метрдотель решил проявить лояльность к клиенту. Или так принято в этом заведении; но он ничего не взял. Махнул рукой и улыбнулся дежурной улыбкой: мол, пустяки какие! Официант собирал осколки, а старик встал, взял свою палку и пошел. Он деньги положил в книжечку со счетом и пошел. И по пути потрепал по плечу официанта. Что-то ему сказал ободряющее. Хенде хох или ахтунг, – вроде этого. Или «Гут, дер кнаббе! Мелкое дело. Не тушуйся!». Я не знаю немецкого, но по интонации понятно – что-то ободряющее.

И когда старик уходил, он походил не на стервятника уже. А на старого белого орла. Так меняются люди. Или наш взгляд на них…

Человека возили по разным городам

Знакомили с достопримечательностями и одновременно давали нюхать разные духи. В каждом городе – новые духи. А потом приехали обратно. Испытуемый уснул; а ему к носу подносили разные духи и будили в фазе сновидений. Человеку снился тот город, с которым эти духи были связаны. Вот так запахи вызывают воспоминания. Яркие сны и яркие образы.

Раньше немного было духов и одеколонов; в основном наши, отечественные. Но запахи были исключительно сильными и яркими. Каждый запах – это определенный человек и определенное событие. Обстоятельства. Картинка.

«Красная гвоздика» – это от комаров в пионерском лагере и в лесу на даче. Очень хороший запах. Густой и яркий. Я специально гвоздики нюхала – ничего подобного. От запаха этого одеколона комары улетали моментально. А может, гибли тучами. Очень помогал этот спасительный одеколон!

«Тройной одеколон» – это спасение от микробов. Им можно заменить медицинский спирт, когда с папой в поезде едешь. Папа наливает зеленую пахучую жидкость на стерильную марлю, а потом протирает мне ручки. И ножки. Это убивает микробов. Это гигиена. Очень хороший запах – запах поезда, брякающего стакана в подстаканнике, свежего белья на полке.

«Шипр» – это парикмахерская. Очередь сидит, ножницы лязгают, дедушка стрижется. Потом стригут братца Алешеньку. За месяц на даче его красивые локоны превратились в колтун. Сейчас его стригут машинкой под полубокс. Алешенька громко рыдает. Ему три годика. Но тетенька-парикмахер спрашивает его важно: «Вас освежить?» – и брызгает из бутылочки при помощи резиновой груши. Невероятно сильный и резкий аромат повисает в воздухе. Освеженный Алешенька перестает плакать…

«Красная Москва» – это прабабушка Маша собирается на профсоюзное собрание. Сладкий такой запах, прекрасный. Еще есть «Красный мак». Тоже чудесный аромат. Так пахнет профсоюзное собрание. Я помню.

А у мамы – «Кристиан Диор». Пахнет сиренью. Отлично помню этот запах. И еще помню упоительный запах духов «Шахерезада», за пятьдесят копеек. Зеленые духи в граненой бутылочке. Ими пользовалась большая девочка во дворе. Чудесный запах арабских сказок и больших девочек-пэтэушниц. Лучше «Диора».

Еще болгарские «Быть может» в гладенькой длинной бутылочке. Это бабушкины. И то самое невыносимо прекрасное розовое масло, тоже болгарское, в деревянной амфорке. Если понюхать – целый день весь мир будет пахнуть розовым маслом. Может, так пахла та драгоценная мирра, про которую пишут в книгах?..