Между тем, ситуация для Украины и для украинского движения развивалась совсем не веселая. На Украину в полной мере, по-настоящему пришла Гражданская война.
8 ноября в Курске большевики создали Временное рабоче-крестьянское правительство Украины, 30 ноября вышел Декрет о создании Украинской советской армии. А через две недели ее подразделения начали наступление и взяли Новгород-Северский, Глухов, Шостку, Волчанск и Купянск. Другие части после отхода немецкий войск, которые выводились с Украины, начали наступление на Харьков.
А в ночь с 1 на 2 января 1919 года в Харькове началось большевистское восстание. 3 января в Харьков вошли советские войска, на следующий день был создан Украинский фронт, и началось новое наступление на Полтаву и Киев. Директория объявила войну Советской России, но воевать за креативных политиков и их комичное правительство никто не хотел. Еще и потому, что украинские подразделения, подчиненные Директории, прославились мародерством и жесточайшими еврейскими погромами. В феврале 1919 года Красная армия вошла в Киев. Огромную поддержку ей оказали отряды Нестора Махно.
Многие боевые части Директории состояли из крестьян, которые когда-то участвовали в восстании против Скоропадского. И вот как раз крестьяне массово переходили на сторону Красной армии, потому что большевики не просто декларировали лозунг «Земля крестьянам», они его реализовывали, и об этом все знали. Крестьянские части армии Директории были по сути своей, говоря современными терминами, незаконными вооруженными отрядами, с полевым командиром во главе. И так они на сторону Советов и переходили — банда и ее батька атаман. Уже потом эти отряды официально вступали в ряды Красной армии, командирам давали должности, в отряды назначали комиссаров.
К весне 1919 года армия Директории потеряла какую-либо боеспособность. Под контролем Петлюры находились только Житомир и Винница. Летом обстановка немного изменилась. На территорию Украины перешли войска Западно-Украинской народной республики, которую украинцы пытались создать в Галиции. Об этом, о судьбе Галиции, я напишу чуть позднее.