Украина против Донбасса. Война идентичностей

– Каково жить в состоянии постоянно страха, ведь Донецк обстреливается с 2014 г. Насколько тяжело психологически?

– Были разные фазы, активная фаза была летом 2014 г. и зимой 2015-го. Было страшно, первые обстрелы, теракты, в нас стреляли на объездной какие-то люди в масках. Запомнилось сочетание мирной жизни и военного времени – заходишь в магазин, видишь лежат торты, пирожные, а за пределами магазина идет война, какая-то параллельная реальность. И через несколько дней в этот магазин прилетает снаряд, погибают люди, рядом в машину прилетело, и вся семья сгорела. С началом СВО, конечно, чаще начали обстреливать, в конце 2022-го и в начале 2023-го стали целые пакеты «Градов» выкладывать по городу. Привыкаешь со временем. И как-то быстро забывается, срабатывает психологический компенсационный механизм, состояние эмоционального переживания, идет выброс адреналина, и быстро притупляется, нет остроты воспоминаний.

– В 99 % случаев обстрелы Донецка осуществлялись по гражданской инфраструктуре, часто по остановкам общественного транспорта, на которых люди стояли в ожидании троллейбусов и автобусов. Как объяснить это зверское поведение?

– Это обычный фактор запугивания. У нас есть крытый рынок, так вот его обстреливали по два-три раза в неделю стабильно, и разлет снарядов идет от парка Комсомола и до площади Ленина – это террористические обстрелы. В апреле 2014-го были пролеты самолетов на низкой высоте над зданием ОГА, это также фактор запугивания, им нужно было повлиять на людей, показать им, мол, вы не в безопасности, вас никто не может защитить. Таким образом, в воздухе витает постоянная тревожность, чувство небезопасности. Такие подходы разрабатываются западными спецслужбами. Если раньше они точечно выдергивали лидеров общественного мнения, то теперь создается массовый психоз. Это терроризм чистой воды, киевский режим – это террористический режим, и все государство выполняет террористические функции.

– Вы живете в состоянии войны с 2014 г. в более активной фазе, чем весь остальной Донбасс и Россия. Что для Вас война, как Вы ее понимаете?

– Война – это многомерное явление, много составляющих: это и продолжение политики другими методами, и человеческие судьбы, и героизм, то, чего в мирной жизни люди пытаются избежать. Война – это когда грань перейдена и нет другого выхода между двумя группами. В нашем случае Киев провоцировал эту ситуацию, пытались задавить, пока нет особых сил, что получилось в Одессе и Харькове. У нас было сопротивление, были варианты урегулирования в рамках Минского процесса, но пришел Зеленский, и Украина начала брать нас в клещи, захватывать поселки в серой зоне, начали провоцировать реакцию России.

Есть войны агрессивные, есть освободительные. Так вот, наша война – она национально-освободительная, гражданская, со стороны Украины – террористическая, агрессивная. Но мы на правой стороне как в 2014, так и в 2022! Донбасс – это как маленькая Россия. Победа будет за нами!

История вторая Луганск. В тени Донецка, но в авангарде перемен

Русский человек на что только не способен!

Борис Полевой. Повесть о настоящем человеке

С Оксаной Георгиевной Михайловской мы познакомились на заседании совета по защите диссертаций в Мариупольском государственном университете в 2012 г. В то время ничего не предвещало серьезных катаклизмов на Украине, но это был поверхностный взгляд. Для меня, как человека, интересовавшегося на научном уровне проблемами сепаратизма, многое было очевидно. И когда я приехал в Киев, чтобы зарегистрировать тему докторской диссертации, мне сказали местные профессора: «Молодой человек, какой сепаратизм в Украине, где Вы его нашли?» Возможно, киевские профессора жили в своем научном мире, но в регионах ситуация выглядела иначе.

Оксана Георгиевна – кандидат политических наук, доцент, заведующая кафедрой политических наук и регионалистики Луганского государственного педагогического университета. Не покидая родной город, она стала свидетелем тех политических процессов, которые происходили в городе и области с первых дней «Русской весны».