Укриана. Фантом на русском поле

Но ведь «оскотинивание» языка происходит и в России! Язык перестаёт быть образным, из него вымываются слова общего значения, предпочтение отдается синонимам местоимениям «тот» и «этот». Общение между людьми сводится к ситуативно-контекстному словообразованию, часто на основе одного корня.

— Дай эту фиговину.

— Нафига?

— Я ею прифигачу вот эту фигню.

— Так ведь фигня получится!

— А тебе не по фигу?

Как пишут исследователи из Тарту, данный диалог очень напоминает общение высших животных, которые с помощью одинаковых звуков передают друг другу информацию, определенную конкретной ситуацией.

А мат? «Академик Д. С.Лихачев, отбывая в молодости срок на Соловках, создал научный труд, в котором подверг филологическому анализу воровскую речь и пришел к интересным выводам. Сквернословие не является в подлинном смысле человеческим языком. Эти «слова» воздействуют не на интеллект человека, а на чувственную часть души, то есть подобны сигналам, которыми пользуются животные». [48-2].

Ценная догадка, но я бы уточнил. Воровская речь с ее матюками (а теперь, когда в зону превращается вся страна, она распространилась повсюду) — это тоже попытка превратить людей в животных. В послушное стадо, ищущее лишь корма и случки.

Так что «гуртом» гонят не только укрианское стадо.

Вот так-то, брат Коляка…

Профессор Сикорский говорил в своё время о психологии языка: «Для вящей ясности предмета не лишним будет обратить внимание на те слова, которые на первый раз кажутся отличными в двух сравниваемых языках то по своей фонетике, то по своей психологии. Таковы, напр., слова ОТВОРИТЬ — ВІДЧИНЯТИ; ЗАТВОРИТЬ — ЗАЧИНЯТИ; ПРИТОВРИТЬ — ПРИЧИНЯТИ.

Эти слова — более чем синонимы, они просто тождественны, потому что каждое из них свободно входит в другой язык и тем непрерывно оживляет взаимную связь обоих и тождество содержащихся в них идей данного корня. Два слова: ТВОРИТЬ и ЧИНИТЬ — свободно живут в двух языках, как показывают примеры: «витворяти» (укр). — «причинять беду, натворить бед» (русск.) или «таке було вытворюе» (укр.)— «столько, бывало натворит» (русск.). Множество выражений этого рода, свойственных как будто бы одному языку, в действительности свойственны и другому, и при помощи такого словаря, как Словарь великого русского языка Вд. Даля, где записаны местные говоры в разных губерниях, можно убедиться, что почти каждое слово украинского языка где-нибудь в другом конце России живёт в глубине провинциальной глуши, доказывая тем живую общность двух языков. Для примера возьмём украинское слово чобіт (сапог). Как будто оно вовсе не русское, но в Пермской и Вятской губерниях живёт слово «чеботарь» (сапожник). «Знай, чеботарь, своё кривое голенище» (Вл. Даль). Такое чисто украинское слово, как «схаменутися» (опомнится, спохватиться) живёт в языке Псковской губернии (Вл. Даль) ит. д…

Сравнивая язык русский и украинский, легко усмотреть почти полное тождество психологий этих двух языков и лежащую в основе их совершенную близость душевных и умственных процессов, воззрений и приёмов мысли. Это показываете очевидностью, что РУССКИЙ И УКРАИНСКИЙ ЯЗЫКИ — ЭТО НЕ ДВА ЯЗЫКА, А ОДИН ЯЗЫК… В сущности дела эти языки отличаются так, как отличаются между собой слова: АТКУДА, АТКЕЛЕВА, АТКЕНТЕЛЕВА, ВІДКІЛЬ, ВИДКІЛЯ, ОТКУЛЬ, ОТКУЛЕВА, ОТКУЛИЧА (Вл. Даль) ит. д. [49, с. 349–351].

Такой большой язык-народ как русский, многообразен: в одной области носят ленты в головном уборе, в другой надевают кокошник; так и здесь — слово ОТКУДА на наших глазах надевает разные фонетические наряды.