Умирающее общество и Анархія

Мы не намѣрены входить здѣсь в подробныя объясненія этой системы. Достаточно будет сказать, что химическое изслѣдованіе растеній показало Виллю, что в них входит четырнадцать химических веществ и что эти вещества всегда одни и тѣ же во всѣх растеніях и только мѣняются количественно, смотря по семействам. Изслѣдовав затѣм землю и воздух, он увидал, что растеніе может найти там десять из этих веществ и что, слѣдовательно, остается только доставить ему, в видѣ удобренія, четыре остальных, т. е. известь, ѣдкій кали, фосфор и азот. На этом он строит цѣлый проэкт химическаго удобренія, примѣнительно к характеру обрабатываемой почвы и воздѣлываемаго растенія, и доказывает, на основаніи цифр, что при настоящем положеніи наших знаній мы могли бы получать, с меньшей, сравнительно с навозом, затратой удобренія, урожай вчетверо и впятеро большій с той же площади земли; вмѣстѣ с тѣм мы могли бы разводить гораздо больше скота при меньшем количествѣ пастбищ и таким образом понизить цѣну на мясо. Но при этом он спѣшит заключить, что ключ к рѣшенію соціальнаго вопроса лежит именно в улучшеніи земледѣлія. «Изобиліе земледѣльческих продуктов будет выгодно для всѣх», говорит он, «собственники земли получат обильный урожай и смогут продавать свои продукты по низким цѣнам; рабочіе же будут покупать их за дешевую плату и смогут жить в довольствѣ; они будут дѣлать сбереженія, а затѣм, в свою очередь станут капиталистами». Все, одним словом, пойдет к лучшему в лучшем из возможных обществ.

Мы вполнѣ увѣрены в искренности г. Вилля и, насколько наши слабыя познанія в этой области позволяют нам судить о его системѣ, она кажется нам вполнѣ раціональной. Мы нисколько поэтому не отрицаем той пользы, которую принесло бы повсемѣстное приложеніе его системы в смыслѣ улучшенія положенія рабочих, если бы только рабочим, вообще, что-нибудь могло пойти на пользу в современном обществѣ. Его цифры только подтверждают мысль анархистов, что при тѣх средствах, которыми располагает современная наука, можно было бы получать такое большое количество продуктов, что их даже не пришлось бы дѣлить, а каждый смог бы брать из общаго достоянія сколько ему будет нужно, соотвѣтственно его потребностям или желаніям; при этом обществу не грозило бы никакой опасности голода, – вопреки предсказаніям нѣкоторых мрачно-настроенных пессимистов, которые думают, что только им одним свойственна добродѣтель умѣренности. Они готовы сдѣлать нам уступку и признаются, что сами, конечно, обошлись бы без всякой власти, но считают эту власть все-таки необходимой для подавленія тѣх дурных инстинктов, которыми проникнуто все остальное человѣчество.

В маленькой брошюркѣ, озаглавленной «Продукты земледѣлія» один из наших товарищей показал, на основаніи оффиціальных цифровых данных, что даже при настоящем, еще дѣтском, состояніи земледѣлія, общая сумма продуктов всего міра на много превышает цифру их потребленія. С другой стороны, Вилль доказывает, что при разумном пользованіи химическими веществами можно, не затрачивая лишняго труда, получать с земли в четыре или пять раз больше того, что она дает теперь. Развѣ это не блестящее подтвержденіе той мысли, которую мы всегда защищаем?

Но когда Вилль видит в своей системѣ разрѣшеніе соціальнаго вопроса, когда он думает, что, благодаря изобилію продуктов, они станут настолько дешевыми, что рабочій сможет жить так, чтобы мало тратить и дѣлать сбереженія, – он вполнѣ ошибается. Если бы Вилль читал буржуазных экономистов, хотя бы того же Молинари, то он узнал бы, что «избыток продуктов на рынкѣ» приводит к такому паденію цѣн на них, что их производство перестает быть выгодным для капиталистов и капиталы отливают от этой отрасли производства, пока не возстановится равновѣсіе и не вернется прежнее положеніе».

Если бы Вилль не был так поглощен своими учеными разсчетами, а сколько-нибудь отдавал себѣ отчет в функціонированіи общественнаго механизма, он увидал бы, что, несмотря на огромный избыток производства над потребленіем, в нашем современном обществѣ люди буквально умирают с голоду, что самые лучшіе теоретическіе разсчеты на практикѣ приводят к результатам совершенно иным, чѣм от них ожидали. Природа, несомнѣнно, может, при помощи человѣческаго ума и человѣческаго труда, доставить дешевые продукты в количествѣ, достаточном для прокормленія всего человѣчества; но, благодаря торговлѣ и ажіотажу, собственники и капиталисты найдут всегда средство получить желательную сумму барыша: они уменьшат количество продуктов на рынкѣ, чтобы имѣть возможность продавать их дороже, а в случаѣ надобности – помѣшают их дальнѣйшему производству, чтобы создать фиктивно-высокія цѣны и удержать их на том уровнѣ, который кажется им желательным по их жадности и по их привычкѣ к роскошной и праздной жизни.