«Умрем же под Москвой!» Свастика над Кремлем

Однако Умезу не знал, что Ставка советского Верховного Главнокомандования еще в июле отправила сюда генерал-полковника К.К. Рокоссовского – одного из наиболее талантливых и любимых солдатами полководцев Великой Отечественной войны и что в его распоряжении находилось 15 дивизий, в то время как, по данным японской разведки, к востоку от Читы их было всего… пять! Накануне своего отъезда из Куйбышева он встретился с Жуковым, и они обстоятельно проговорили больше часа. Жуков вспомнил, как воевал против японцев у реки Халхин-Гол в 1939 году, и передал ему все свои дневниковые записи, относившиеся к этому времени. И тот и другой сошлись во мнении, что Владивосток удержать невозможно, но что надо будет сделать все необходимое, чтобы снабжение через Дальний Восток со стороны Аляски ни в коем случае не было прервано. Затем туда же был отправлен и «первый красный офицер» К.Е. Ворошилов, назначенный командующим Владивостокским фронтом, который прибыл на место уже после того, как японцы перешли границу СССР. Тем не менее сражение за сам город началось лишь 13 августа, и это несмотря на достаточную поддержку японских войск со стороны авиации, базировавшейся как на аэродромах в Маньчжурии, так и на авианосцах, по-прежнему стоявших на расстоянии всего лишь сорока миль от советского берега. Впрочем, здесь все было более или менее ясно: город должен был пасть в течение недели, какие бы силы его ни обороняли.

Но вот на западе японцы сразу же столкнулись с проблемой. Численность столкнувшихся войск в данном районе оказалась примерно равной, но их вооружение было совершенно неравноценным. Уже после первых же залпов знаменитых «сталинских органов» японские солдаты были охвачены ужасом и побежали назад. Затем на них обрушились советские танки Т-34, в то время как в японских танковых частях не было ни средних, ни тяжелых танков, способных им противостоять. В районе Буир-Нура войска микадо продвинулись всего лишь на 150 км и были смяты мощным ударом во фланг, а затем такая же участь постигла и группировку у Харанора.

Правда, 19 августа наконец-то пал Владивосток. Но положение на западном участке фронта к этому времени было уже настолько тяжелым, что все резервы пришлось послать туда, и здесь, на участке Транссибирской магистрали от Владивостока до Хабаровска, наступать стало практически нечем. В довершение всех неприятностей несколько советских торпедных катеров под покровом ночи сумели миновать сторожевое охранение японских авианосцев и потопили только что спущенный на воду «Хийо».

Конечно, теперь американские поставки через Владивосток были прерваны, но только выиграли от этого отнюдь не японцы, а немцы. С другой стороны, перелеты американской авиации через Аляску на Анадырь, Магадан, Читу и Иркутск продолжались. Другое дело, что часть поставлявшихся самолетов теперь приходилось переадресовывать в Хабаровск и Читу. В первую очередь это относилось к самолетам Р-39 «Аэрокобра», имевшим на вооружении шесть пулеметов и одну 37-мм авиапушку, стрелявшую через обтекатель воздушного винта. Действуя на небольшой высоте под прикрытием более легких советских истребителей, они уничтожали тонкобронные японские танки «Ха-го» и «Чи-ха» нередко первым же снарядом. К тому же одного попадания их 650-граммового снаряда было более чем достаточно, чтобы уничтожить любой японский самолет! В этом новом для них качестве «Аэрокобры» показали себя даже лучше прославленных Ил-2, которые хотя и были бронированы, но зато не имели столь мощного стрелково-пушечного вооружения, как у этих истребителей.

* * *

В то же время операция, разработанная адмиралом Ямамото и получившая несколько выспренное название «Порыв ветра, рожденный взмахом меча», находилась в самом разгаре. На этот раз в море вышли «Сёкаку», «Дзуйкаку», «Сорю» и «Акаги», целью которых являлись порты на тихоокеанском побережье США. Авианосцев, как и прежде, было четыре, но вот качество подготовки пилотов на них значительно ухудшилось, поскольку теперь приходилось экономить каждый литр авиационного бензина, и японские программы подготовки летчиков морской авиации были значительно сокращены.

Первой целью адмирал выбрал Сан-Диего, поскольку это была самая большая американская военно-морская база на западном побережье. Вторым объектом стал город Лос-Анджелес, находившийся неподалеку. Расчет делался на внезапность, а кроме того, Ямамото располагал информацией о том, что единственный, как он думал, имевшийся у американцев авианосец «Рейнджер» все еще находится в Атлантике и не был замечен при прохождении через Панамский канал.