«Умрем же под Москвой!» Свастика над Кремлем

Тем временем обстановка на плацдарме значительно осложнилась. Первоначально саскатчеванцам удалось уничтожить несколько ДОТов, но огонь со стороны фермы, зенитной батареи и радарной станции не только не уменьшился, но стал заметно эффективней. В бою с немецкой стороны принимало участие три из четырех рот 2-го батальона 571-го полка, включая минометный взвод. Четыре 102-мм пушки «Элбрайтона» оказались бессильны не только подавить долговременные огневые точки, но даже справиться с многочисленными открыто расположенными пулеметами. Потери канадцев стали быстро расти, а продвижение прекратилось. На западной стороне плацдарма, в Пурвиле, подошедшие подразделения 1-го батальона 571-го полка завязали уличные бои и заняли отрог, с которого просматривался весь пляж. В принципе ситуация была поправима, но, поскольку главный десант в Дьеппе к тому времени уже потерпел сокрушительное поражение, командовавший высадкой генерал Робертс отдал приказ об эмбаркации, которая тоже прошла далеко не блестяще.

В результате на берегу остались все танки, что удалось там высадить с большим трудом, и значительный контингент британских и канадских солдат, которым ничего другого просто не оставалось, как сдаться немцам в плен.

Зато теперь Черчилль мог быть вполне доволен. В момент тягчайшего напряжения сил на Восточном фронте он провел боевую операцию на Западе, и это не его вина, что она не увенчалась должным успехом. Вывод был однозначным: пока десант через Ла-Манш не будет соответствующим образом подготовлен, о нем нечего даже вести речь!

* * *

Это поражение было более чем своевременно, так как уже в первых числах августа Роммель пересек Суэцкий канал. Британские аэродромы на Синае были захвачены, а их взлетные полосы тут же восстановлены и даже расширены, чтобы разместить поступившие из Германии силы Люфтваффе. Перегруппировав свои силы, он продолжил затем наступление 16 августа и уже к 20-му числу вышел к палестинской границе. Единственным утешением для британцев стало то, что поддерживавшая его правый фланг итальянская дивизия «Ариетте» при столкновении с новыми британскими танками «Грант» и «Шерман» была практически полностью разгромлена, поскольку легкие итальянские танки, вооруженные 47-мм орудиями, были не в состоянии бороться с оснащенными 76-мм пушками танками англичан. Роммель был просто вне себя от злости. Он провел свою 15-ю танковую дивизию по руслу высохшей реки – Вади Хайреддин и почти замкнул кольцо окружения англичан, окопавшихся в районе плато Абд-Аведжия, но из-за того, что итальянцы были разбиты раньше, чем они дошли до Эль-Ауджа, англичане сумели вырваться из уготованного им Роммелем котла, да еще и основательно ослабить его силы. Ну как можно было воевать, имея таких союзников? Как им вообще можно было хотя бы в чем-то доверять?!

* * *

Разумеется, отход британских войск на новые позиции в Берлине был воспринят как очередная победа, пусть даже сам Роммель так не считал. Поэтому не было ничего удивительного в том, что уже 27 августа Гитлер отправил свое последнее предупреждение лидерам Анкары с предложением присоединиться к державам «оси». Все три долгих года, начиная с 1939-го и вплоть до осени 1942-го, Турция хранила завет Мустафы Кемаля, прозванного Ататюрком – «отцом турок», завещавшего своим последователям политический союз с Англией. Новый президент Турции Исмет Инёню был бы и рад следовать завету Ататюрка, однако ситуация на фронтах вокруг его страны была сейчас такова, что он не мог не думать о последствиях любого из принимаемых им сейчас решений.

Поражение британских войск в Палестине

В глубине души он был уверен, что страны «оси» проиграют войну, что Англия, США и Россия – это такая сила, война против которой рано или поздно станет бессмысленной. Однако обстановка требовала компромисса. Он уже информировал британцев о том, что они не смогут больше свободно использовать железную дорогу Мосул-Алеппо для доставки военных грузов своим частям в Палестине, добавив при этом, что иного выхода у него нет, если только он хочет остаться у власти. «Если русские смогут удержать Кавказ, если Роммель не вступит в Палестину, то Турция может и не вступить в войну, – заявил он в приватной беседе английскому послу. – Но… если всего этого не произойдет, вернее, если произойдет обратное, то тогда вряд ли найдется какая-нибудь сила, способная удержать Турцию от вступления в войну на стороне Германии и Италии».

Английский посол на это ничего не ответил, но в тот же день информировал об этом разговоре британский кабинет министров, а его премьер-министр информировал о нем «господина маршала» Сталина.