«Умрем же под Москвой!» Свастика над Кремлем

При этом авиация перевозила не только людей, но даже и мулов, необходимых для того, чтобы таскать вьюки и буксировать легкие орудия. Правда, в самолетах с мулами в воздухе произошло несколько замыканий в электропроводке – ответственные за их погрузку как-то не сообразили, что животные долго терпеть не могут, – однако в целом долетели они хорошо. Потом им стали просто стелить на пол побольше соломы, и подобные происшествия больше не возникали. Причем летчики не просто возили свой груз: они еще и сбрасывали его с неба на парашютах. Вниз при этом летели живые овцы, козы и куры, бочки и канистры с бензином и маслом, патроны, сигареты, почта и банки с пивом. Для полевых ремонтных мастерских сбрасывали запасные моторы к автомобилям, мосты и рамы для грузовиков. Мулы тоже прыгали с парашютами (со связанными ногами) – и ничего. И сено для них тоже падало с неба. С-47 несли контейнеры и мешки как в фюзеляже, так и на специальных подвесках. Наружную подвеску сбрасывали как бомбы, а из фюзеляжа груз выкидывали специальные команды. Сначала в них использовали наземный состав ВВС, затем эту работу поручили пехотинцам-индийцам, а после мобилизованным неграм из Западной Африки. Раздетые до трусов (тропики все же) и привязанные на всякий случай за пояс парашютными стропами, они за считаные минуты опустошали самолет, лихо выкидывая все за борт по сигналу пилотов. Потери укладывались в приемлемую цифру 5 %.

Тем временем авиация союзников сосредоточила свои усилия на разрушении коммуникаций противника, и прежде всего его складов. Поскольку японские войска снабжались по железной дороге Рангун – Моулмейн, а также каботажными судами, речными сампанами, а местами и караванами туземных носильщиков и вьючных животных, то приоритетными объектами для ударов сначала стала именно эта железная дорога и расположенные на ней склады.

На дороге через горы и реки было перекинуто 688 мостов и виадуков, также ставших основными целями для летчиков. Большинство объектов находилось в 1600–1800 км от баз тяжелых бомбардировщиков, поэтому нагрузка самолетов поначалу не превышала 1400 кг. Впоследствии за счет тщательной подготовки и контроля режимов полета ее удалось поднять до 3600 кг. Удары наносились большими группами – от 20 до 60 самолетов сразу по нескольким соседним мостам. Регулярные налеты привели к тому, что несколько мостов постоянно находились в разрушенном состоянии. Грузоперевозки сократились с 750 до 150 т в сутки, а к концу 1944 г. движение по этой дороге практически прекратилось совсем.

Против пристаней и складов в Рангуне действовали американские В-17, летавшие из Китая, что обходилось фантастически дорого, поскольку бензин для них завозился на китайские аэродромы также авиацией!

За каботажными судами охотились две специальные группы Берегового командования. Кроме этого, 160-я эскадрилья с Цейлона занималась минными постановками у побережья и забрасывала донными минами все пригодные для использования гавани, поставив всего более 1000 мин.

Против сампанов ставили мины на реках. На реке Чиндуин мины сбрасывали В-25 и «Веллингтоны», в то время как «Бофайтеры» расстреливали сампаны и речные пристани. Ближе к фронту сампаны, грузовики и караваны были целями для самолетов всех типов. В итоге после уничтожения многих передовых и тыловых складов императорская армия начала испытывать нехватку горючего, продовольствия и боеприпасов. Было подсчитано, что примерно из 1700 складов, имевшихся у противника, частично или полностью было уничтожено 524.

При этом на головы японцев сыпались главным образом новые фугасные бомбы с головными штырями взрывателей, не позволявшими им зарываться глубоко в болотистый грунт. Позднее в ход пошли зажигательные бомбы и первые контейнеры с напалмом. В результате уже в декабре 1942 года целых три японские дивизии в Бирме были полностью разгромлены при вполне приемлемом объеме союзнических потерь. План операции «Все по воздуху» был успешно реализован и полностью себя оправдал!

* * *

В Сталинграде после ожесточенных сентябрьских боев в начале октября наступило некоторое затишье, окончившееся тем, что 15 октября немцам вновь удалось выйти к Волге, теперь уже в районе Сталинградского тракторного завода. Это был успех, но успех безрадостный, в особенности если учитывать ту цену, которую пришлось за него заплатить.

Немцы и не подозревали, что уже на следующий день Сталин, Жуков и Василевский обсудили и наметили примерную дату контрнаступления под Сталинградом. Их замысел состоял в том, чтобы ударами с плацдармов по обе стороны Сталинграда разгромить немецко-фашистские войска, располагающиеся у него на флангах, и, развивая наступление по сходящимся направлениям на Калач и Советский, окружить и уничтожить их главные силы, действующие непосредственно в районе самого города.