«Умрем же под Москвой!» Свастика над Кремлем

Старший лейтенант Петр Скворцовский в знак согласия просто кивнул ему головой, а затем, подписав бумагу с предупреждением об ответственности за разглашение доверенной ему важной государственной тайны, попрощался с товарищами и в тот же день уехал отъедаться далеко «на гражданку» и еще учить польский язык. И странно ему было, что вот и Москва все еще у немцев в руках, и продолжаются бои под Сталинградом, а кто-то где-то уже начал задумываться о послевоенном переустройстве былой карты мира…

* * *

16 декабря, когда на Вологодском фронте была начата и сразу же стала успешно развиваться операция Красной Армии по окружению вклинившейся за Волгу ударной группировки генерала Моделя, Сталин собрал в Куйбышеве совещание военных специалистов самого разного уровня, чтобы, как было написано в приглашениях, – «подвести некоторые итоги в отношении ряда образцов используемой нашей армией военной техники». Формулировка показалась всем несколько туманной, однако в назначенное время все, кто его получил, уже были на месте. В одном зале оказались и генералы, и военные конструкторы, какие-то никому не известные люди в штатском и видные военные специалисты в мундирах и с орденами.

Сталин вышел к собравшимся в сопровождении Берии, и это кое-кто воспринял как неприятное предзнаменование.

– Вы знаете, что мне дорог каждый боец Красной Армии, которому наша страна дала в руки оружие, что-бы ее защищать, в том числе защищать и меня с вами. Многие из вас это оружие создали, и все мы сейчас гордимся тем, как хорошо оно действует, хотя, бывает, что оно работает и не всегда так, как этого бы всем нам хотелось. За все хорошее вами получены награды и премии, но сейчас мне хотелось бы поговорить о недостатках, а начать с нашего знаменитого бронированного штурмовика Ил-2 товарища Ильюшина, о котором все вы, конечно, слыхали. Слыхали, безусловно, в основном лишь хорошее, вот почему сейчас, здесь, в узком кругу, настало, как мне кажется, время поговорить и о плохом. Давайте-ка послушаем, что нам сейчас прочитает вот этот товарищ, – и он показал в сторону сидевшего за отдельным столом секретаря. Тот откашлялся и по знаку Верховного начал читать:

– Опыт боевых действий в начальный период войны с фашистской Германией показал, что действенность применения самолетов Ил-2 по таким целям, как пехота на машинах, бронеавтомобили, артиллерия и бензозаправщики, исключая танки, весьма высока. Мотомеханизированные колонны противника штурмовики обычно атакуют с бреющего полета на высоте 25–30 метров, пролетая вдоль колонны или же под небольшим углом к ее длинной стороне, причем первый удар наносится по голове колонны с целью остановить ее движение. Дальность открытия огня составляет 500–600 метров с пристрелкой из пулеметов ШКАС трассирующими пулями. Затем с учетом трассы пуль по цели открывается огонь из пушек и производится пуск реактивных снарядов. Все виды огня обычно используются в одном заходе, включая сброс авиабомб.

Однако, как показали полигонные испытания, все это в большинстве случаев дает низкую точность стрельбы и лишь приводит к бесцельной трате боеприпасов практически без ущерба для противника. Так, во время проведенных испытаний три летчика 245-го штурмового авиационного полка, имевшие боевой опыт, в полигонных условиях, то есть при отсутствии противодействия со стороны противника, смогли добиться всего лишь девяти пулевых попаданий в танк при общем расходе боеприпасов в 300 снарядов к пушкам ШВАК и 1290 патронов к пулеметам ШКАС. Стрельба с прицеливанием по одному отдельному танку давала лучший результат. В трех вылетах при общем расходе 553 снаряда 20 попаданий в колонну танков, из них 6 попаданий в избранный танк.

Полигонные стрельбы штатными реактивными снарядами РС-82 и РС-132, проведенные в НИП АВ ВВС КА, так же как и опыт боевого применения Ил-2 на фронте, показали недостаточную эффективность этого вида оружия при действии по малоразмерным целям ввиду большого рассеивания снарядов и, следовательно, малой вероятности попадания в цель. Выяснилось также, что РС-82 может поразить вражеский танк только прямым попаданием, а разрыв в непосредственной близости ему повреждений не наносит. Также для поражения легкого и среднего немецкого танка снарядом РС-132 требовалось только прямое попадание, поскольку при разрыве снаряда вблизи танка последний существенных повреждений не получал. Однако добиться прямого попадания было очень и очень сложно – из 134 выстрелов РС-132, сделанных в полигонных условиях летчиками с различной степенью подготовки, не было получено ни одного попадания в танк…