Унаги с маком или Змее-Week

— Для таких случаев? — переспросил Нестор, осушив бокал одним глотком.

Зоенька кивнула и снова наполнила бокалы.

— Но сегодня случай особый. Ты у меня знаковый.

— Знаковый?

— Ну да. Знаковый. Или рубежный. Юбилейный. В общем, переход на новый уровень.

Нестору стало неприятно.

— Ты что, считаешь свои… как это назвать? Романы? Интриги? Приключения?

— Не я, Раджас считает, — Зоенька содвинула край своего бокала с краем бокала Нестора, раздался мелодичный звон. — За нас!

— За новый уровень, — сказал Нестор едко.

— Не будь букой! — надула губки. — Я тебе всегда буду рада. И давно этого хотела. Змеи не умеют без расположения к партнеру. Но у нас здесь так — совмещай приятное с полезным.

— Расскажи.

— А что рассказывать? Все просто. Вас за заслуги понижают с одного Дна на другое. У нас тоже своя иерархия. Каждая связь с Нагом — это шаг вперед. Чем ниже дно Нага, тем шире шаг.

— Я же всего Первого дна.

— А мне больше и не нужно было. А то — перебор. Зачем? А так — четкое попадание. Такое у нас правило хорошего тона.

— И что теперь?

— Теперь — праздник! — Зоенька снова наполнила бокалы. — Была я младшей кастеляншей. И вот уже не младшая. И скоро смогу даже выбирать, кем быть, — здесь остаться, перейти в питание или даже — в секретариат. А оттуда можно и в администраторы, и — даже от мысли мурашки! — в эскорт! Ты такой замечательный! Я тебе так благодарна! — И неожиданно спросила:

— Повторим?

Нестор почувствовал, что снова может, и не стал подвергать анализу моральный аспект таких отношений.

— Почему бы и нет? — И он стянул с Зоеньки халат.

29

В темноте было трудно отыскать тот камень, под которым Нестор спрятал одежду. Хотел было уже снова перевоплотиться, чтобы «увидеть душой», но в этот же миг тайник нашелся. Оделся с трудом — все-таки было выпито немало, с координацией возникли проблемы. Да и ткань, напитавшись вечерней влагой, охотно липла к телу и не желала вести себя достойно.

Потом Нестор долго вызывал такси. Девушка-диспетчер никак не могла взять в толк, куда именно нужно прислать машину. В какой-то момент возник риск, что заказ так и не будет принят из-за полного взаимонепонимания. Но идти домой пешком не пришлось — ситуацию спасла более опытная начальница смены. Она поняла, о какой недостроенной гостинице на восьмом километре под городом идет речь, — видимо уже отправляла туда машины по выходным, чтобы герои-страйкболисты могли разъехаться по домам.

Машина приехала минут через двадцать — старенький серенький «Daewoo» с тусклым маячком на крыше. Внешний вид автомобиля никак не ассоциировался с названием бренда — в переводе с корейского «Daewoo» означает «Большая Вселенная». Но и внешний вид пассажира оставлял желать лучшего. Только в свете фар Нестор понял, как странно выглядит: мокрая, измятая одежда, криво застегнутые пуговицы, какие-то пятна (видимо, от страйкбольной краски с камня) на рубашке, грязь в волосах.

Водитель такси подозрительно посмотрел в зеркало заднего вида. Спросил:

— Куда едем?

Нестор назвал адрес. Было пусто у обочин полузаброшенной дороги, было пусто в душе. Нестор жалел о том, что через лаз нельзя протащить бутылку шампанского. Она бы сейчас очень пригодилась. Хотя вряд ли Нестор стал пить в салоне автомобиля — интеллигент же. Вспомнив о том, что он, вроде, интеллигент, Нестор принялся активно приводить себя в порядок.

Машина тронулась, развернулась и покатила по трассе в сторону города.

— Домой? — водитель снова глянул в зеркало на пассажира.

— Домой, — вздохнул Нестор.

— Что так тяжко? — участливо поинтересовался таксист. — Провинились?

— Да уж, — кивнул Нестор.

— Женщина?

— Можно и так сказать. — Нестор прижался виском к холодному стеклу. За окном темно, фонарей вдоль дороги нет, встречных машин нет, видно только блеклое отражение собственного усталого профиля.

— Ну, и правильно, — таксист неожиданно включил мужскую солидарность. — Не убудет от нее. Я вот с одной почти десять лет жил — ни-ни. Не, смотрел, конечно, по сторонам, но — ни-ни. Все думал, что мужик должен, как белый ле***** — с одной. А по овцам пусть бараны ходят. Вильнула хвостом, смылась. Потом только узнал, что у нее целая витрина была — я за руль, на смену, она — очередного гуся в свое озеро леблядиное тащит.

Водитель вдруг осекся — лишнее сболтнул. Решил извиниться:

— Только не подумайте, это я о своем. Я к тому, что вполне можно, если нужно. Мужику, конечно.

— А женщине? — поддержал беседу Нестор.

— А женщине… Странные они. Я фильм смотрел. Давно. То ли китайский, то ли японский. Про горничную, роботиху. Скучный — еле досмотрел, и то — только из-за голых сисек. Что интересно: горничных мужики раскупали. Для секса. А вот женщины мужские модели роботов брать не хотели. Там под это целую философию подвели. Мол, мужчины любят заботиться о своих игрушках, нежничают с ними, пыль протирают. И таких мужчин — девяносто из ста. А женщинам, наоборот, нужны наглые насильники, которые грубят, изменяют. А робот не может так себя вести. По первому закону термодинамики…

— Робототехники, — исправил Нестор.

— Что Вы сказали?