Читаем Unknown полностью

После четырех месяцев подготовки к миссии, включая три в Кэмп-Уильямсе в штате Юта и последний месяц коллективных тренировок в Форт-Брэгге в Северной Каролине, между чле­нами команды и руководством возник серьезный раскол. Некоторые из более опытных чле­нов команды жаловались на то, что руководители команды игнорируют их вклад, а также на то, что сценарии обучения были плохо разработаны и могли подвергнуть их опасности. Они также предупредили, что отсутствие культурной подготовки может подвергнуть их риску атаки изнутри, когда афганцы нападут на своих американских партнеров, иногда всего лишь за кажущееся пренебрежение к их чести.

Калеб был обеспокоен, но ничего не сказал и сосредоточился на своей роли по сбору развед­данных, чтобы подготовить свою команду к командировке. По натуре он был оптимистом и старался сосредоточиться на позитиве. Он стал "Зеленым беретом", чтобы что-то изменить, действовать на острие копья, и это был его шанс. В Афганистане каждой группе было пору­чено работать с партнерскими силами элитных афганских коммандос или с одним из специа­лизированных подразделений полиции, и ожидалось , что они будут функционировать при минимальном надзоре для достижения своих целей в рамках кампании.

Команда Калеба, ODA 9123, принадлежала к роте "Браво", базирующейся в штате Юта, но они были задействованы в качестве приданных роте "Альфа", базирующейся в штате Ва­шингтон. В роте "Альфа" не хватало полных команд. Роты Национальной гвардии сил специ­ального назначения армии США всегда испытывали нехватку личного состава, потому что солдаты вели гражданский образ жизни и иногда не могли пройти сертификацию или имели другие обязательства.

Их новым начальником был командир роты "Альфа", майор Ронни Гэбриэл. Калеб случайно познакомился с майором Гэбриэлом при прохождении квалификационных курсов спецназа. Он не обсуждал свои опасения по поводу единства в подразделении из лояльности к своим товарищам по команде. Команда для командировки была отобрана вручную, и управление динамикой лучше всего осуществлялось изнутри. ODA, или Команды-А, были "кирпичика­ми" сил специального назначения, и обычно в роте их было шесть. Каждая из них была зако­дирована четырехзначным номером, и каждая должность в команде из двенадцати человек была закодирована цифрой и буквой. Сержант разведки был 18F, или “Фокс".

Калеб чувствовал, что все в его жизни встало на свои места после череды экспериментов, включая поездку в Ирак с армией США, службу в полиции и два незаконченных высших об­разования.

Покидая свой дом в Тусоне, штат Аризона, Калебу было трудно попрощаться с Эшли, своей женой и их дочерьми. Самой младшей едва исполнилось шесть месяцев. Он старался не ду­мать обо всех вехах, которые он пропустит. Эшли была сильной от природы. Она решила быть независимой в раннем возрасте. Она изучала инженерное дело, устроилась на работу сразу после окончания колледжа и к двадцати одному году купила дом. Несмотря на то, что Калеба не было большую часть года, она чувствовала себя уверенно, справляясь с двумя ма­ленькими детьми и работой. Не было проблемы, которую она не могла бы решить. Просто так она действовала.

Калеб говорил, что он знал с самого первого дня, с того момента, как увидел Эшли в коридо­ре во время их последнего года обучения в старшей школе: “Да, она та самая”. Их первым свиданием был ужин в "Ред Лобстер", после которого они вернулись к ней домой, чтобы по­смотреть "Суперполицейских". Калеб устроился на работу в ту же пиццерию, где работала она, просто чтобы иметь возможность пофлиртовать с ней и покрасоваться. Это сработало. Эшли пошутил, что не он знал, насколько он хорош собой, когда они начали встречаться. Ка­леб поддразнивал, что он понравился ей только из-за его машины: светло-голубого "Мустан­га" 67-го года выпуска. Они поженились на Гавайях несколько лет спустя.

Эшли не очень беспокоилась о поездке Калеба в Ирак, потому что он не был на передовой. Это новое назначение было совсем другой историей. Несмотря на это, она поддержала его решение присоединиться к "Зеленым беретам" и его недавние разговоры о переходе на дей­ствительную службу. Калебу было трудно удержаться на дневной работе и не отставать от длинного списка требований к предварительной мобилизации 19-й группы. Там была меди­цинская подготовка, знание языка, сертификация по поддержке с воздуха и множество дру­гих вещей. Ему приходилось ездить из их дома в Аризоне в Юту на каждую тренировку. По крайней мере, если бы он был солдатом действительной службы, стабильная зарплата помо­гла бы его семье могла жить недалеко от базы.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Бомба для дядюшки Джо
Бомба для дядюшки Джо

Дядюшкой Джо в середине двадцатого века американцы и англичане стали называть Иосифа Сталина — его имя по-английски звучит как Джозеф (Josef). А бомбы, которые предназначались для него (на Западе их до сих пор называют «Джо-1», «Джо-2» и так далее), были не простыми, а атомными. История создания страной Советов этого грозного оружия уничтожения долгое время была тайной, скрытой под семью печатями. А о тех, кто выковывал советский ядерный меч, словно о сказочных героях, слагались легенды и мифы.Эта книга рассказывает о том, как создавалось атомное оружие Советского Союза. Она написана на основании уникальных документов ядерной отрасли, которые были рассекречены и опубликованы Минатомом Российской Федерации только в начале 2000-х годов.

Эдуард Николаевич Филатьев

Военное дело / Военная история / Прочая документальная литература / Документальное / Cпецслужбы
Полководцы Первой Мировой
Полководцы Первой Мировой

Одним из главных памятников победе над Наполеоном стала знаменитая Галерея героев Отечественной войны 1812 года. После нашего поражения в Первой Мировой и падения Российской империи не только лица, но даже имена большинства русских военачальников были преданы забвению. Но не их вина, что героические усилия нашей армии не увенчались величайшим триумфом русского оружия. Россия не была разгромлена на поле боя, но повержена предательским ударом в спину – не будь революции, лето 1917 года должно было стать победным. Эта книга – галерея героев Первой Мировой, которую современники тоже считали Отечественной, анализ военного искусства лучших военачальников русской армии, от генералов Брусилова и Алексеева до Корнилова, Юденича, Эссена и Колчака.

Валентин Александрович Рунов , Михаил Юрьевич Мягков

Биографии и Мемуары / Военное дело