Уоррен Баффет. Лучший инвестор мира

В то время Уоррен уже управлял деньгами Энн Готтштальдт и Кэтрин Элберфельд, матери и тетки его друга по Колумбийскому университету Фреда Кулкена. Уезжая в Европу за год до этого, Фред попросил Уоррена присмотреть за деньгами матери и тетушки⁶. Уоррен инвестировал их средства с крайней осторожностью, ограничиваясь правительственными облигациями и применяя для этих инвестиций другую, более скромную комиссию.

Он, конечно, мог пригласить Готтштальдт и Элберфельд в партнерство, однако чувствовал, что было бы несправедливым взимать с них большую комиссию по сравнению с той, которую они уже платили. С другой стороны, если партнерство было столь надежным делом, как ему казалось, он лишал их отличной возможности заработать. Если бы с инвестициями что-то пошло не так, его сестра, тетушка и Док Томпсон никогда бы не обвинили его. Но насчет остальных партнеров он не был столь же уверен.

Действия в качестве доверенного лица означали для Уоррена, что любая ответственность, которую он принимает на себя, является неограниченной. Для того чтобы сразу договориться об основных правилах, он созвал первое официальное собрание Buffett Associates в тот же день, когда партнерство было зарегистрировано. Чак зарезервировал зал в Omaha Club — пожалуй, это было лучшее место в городе для конфиденциальных бесед. Уоррен намеревался четко определить и ограничить свои обязанности в рамках партнерства — и при этом совершенно не собирался брать на себя обязательство оплачивать ужин за всех участников собрания. Поэтому он попросил Чака передать всем партнерам, что каждый должен будет платить за себя⁷. Затем он воспользовался ужином как возможностью поговорить не только об основных правилах партнерства, но и о фондовом рынке как таковом. Он уже воспринимал партнерство как своего рода упражнение в преподавании.

Партнеры быстро разделились на два лагеря — трезвенников и всех остальных. Сидевший на одном конце стола Док Томпсон мягко и по-отечески предложил другой фракции убираться к черту. Однако место проповедника в тот вечер твердо занял Уоррен. Присутствовавшие собрались для того, чтобы слушать его, а не кого-то еще.

«Я начал свое выступление с презентации соглашения с инвесторами, которое должно было оставаться в целом неизменным по мере развития бизнеса. Такое соглашение могло бы стать базой для эффективной деятельности. Оно являло собой один из самых простых документов, который я только мог когда-либо представить.

Я поделился с ними несколькими основными правилами. Рассказал о том, что я могу сделать. Затем о том, чего не могу. Затем поделился с ними несколькими вещами, относительно которых не был уверен, смогу ли я их сделать. Далее рассказал им о том, каким образом буду оценивать свою деятельность. Моя презентация была достаточно короткой. Я сказал им: “Если вы чувствуете, что вам что-то не нравится, то вам не следует вступать в партнерство, так как я не хочу, чтобы вы чувствовали себя несчастными, когда я буду счастлив, и наоборот”»⁸.

После того как партнерство Уоррена начало свою работу, его семья вернулась в Нью-Йорк, чтобы провести там последнее лето. Уоррен приехал помочь Бену Грэхему и Джерри Ньюману в закрытии их партнерства. Микки Ньюман уже приступил к своей новой постоянной работе — он возглавил компанию Philadelphia & Reading. Так как ни он, ни Уоррен не могли исполнять обязанности старшего партнера, Грэхем принял решение о закрытии фирмы⁹. Уоррен арендовал для своей семьи у моря деревенский домик своего друга Тома Нэппа. Дом находился на территории небольшого поселения, основанного много лет назад людьми, бежавшими от эпидемии гриппа. Он стоял на Уэст-Медоу Бич, неподалеку от Стоуни-Брук на западном берегу Лонг-Айленда, а через пролив Лонг-Айленда был виден Коннектикут.

В течение недели Уоррен экономил деньги, ночуя у своего брокера и друга Генри Брандта, жена и дети которого также проводили время на Лонг-Айленде. На выходные он присоединялся к семье на побережье и работал в небольшой спальне. Соседи говорили Нэппу, что практически никогда его не видели¹⁰. Пока Уоррен работал, Сьюзи, которая боялась воды и не умела плавать, прогуливалась с детьми вдоль берега. Так как в колледже не было водопровода, Баффеты набирали питьевую воду в источнике, расположенном через дорогу. Сьюзи приходилось мыться самой и купать Малышку Сьюзи, которой было почти три года, и восьмимесячного Хоуи в душе с холодной водой на улице.

Это лето принесло им две шокирующие новости. Отец друга детства Уоррена — Боба Расселла — покончил с собой. А Энн Готтштальдт и Кэтрин Элберфельд, мать и тетка Фреда Кулкена, друга Уоррена по Колумбийскому университету, позвонили ему и сказали, что Фред погиб в Португалии — его автомобиль упал с высоты двадцать пять метров прямо на пробковое дерево¹¹.

* * *