Читаем В глубь степей полностью

Примечательно и то, что 100 лет назад под Оренбургом нередко встречался белый журавль, или стерх, ныне занесенный в "Международную Красную Книгу". На озерке около Протопоповской рощи у Оренбурга Зарудный добыл полярную гагару, на озере под Бердами видел красную цаплю и т. д. Наблюдения ученого свидетельствуют о необычайном богатстве орнитофауны Оренбургского края прошлого века: здесь обитала добрая половина всех видов птиц, встречающихся в настоящее время на территории страны.

3

В 1884 году, закончив в основном исследования Оренбургского края, Зарудный приступает к изучению Закаспия. Всего он совершил пять закаспийских экспедиций — в 1884, 1885, 1886, 1889 и 1892 годах. На экспедиции ученый затрачивает свои скудные сбережения и ничтожные субсидии некоторых научных обществ.

Экспедиции в Персию, совершенные Зарудным в 1896, 1898, 1890–1901 и 1903–1904 годах по поручению и на средства Географического общества, принесли ученому мировую славу зоолога и путешественника. Результаты экспедиций позволили впервые дать развернутую общегеографическую и зоологическую характеристику дотоле неведомого края(7).

Ради достижения, цели Зарудный жертвовал всем, никогда не жалел своего здоровья. Работать ему приходилось в опасных условиях. Несколько раз его караван чуть не погибал от жажды. Кроме того, во время персидских экспедиций на жизнь Зарудного неоднократно покушались враждебно настроенные местные жители, подстрекаемые английскими колонизаторами. Несмотря на это, ученый испытывал глубокую удовлетворенность от своего труда: "В течение моих многолетних странствий на юг, начиная почти непрерывно от границ Пермской губернии, природа в благодарность за страстную мою любовь к ней порою дарила меня любопытными находками и возможностью наблюдать некоторые самые сокровенные явления в образе жизни животных"(8).

В 1906 году Зарудный как преемник и последователь Н. А. Северцова решил поселиться в центре Средней Азии, в Ташкенте, откуда ему было удобней обобщать результаты своих предшест-ствующих исследований. В эти годы ученый изучает фауну Кызылкумов и долины Сырдырьи. В 1914 году он совершил свою последнюю значительную поездку. В течение двух месяцев на небольшом парусном судне вместе с молодым орнитологом А. Е. Кудашевым Зарудный подробно обследует восточное побережье Аральского моря(9).

В 1915 году Н. А. Зарудный приступил к составлению капитальной сводки "Орнитологической фауны Туркестанского края", которая так и осталась в виде громадной черновой рукописи: трагическая смерть не дала ему закончить многолетний труд.

4

Не будучи официально ученым, Зарудный тем не менее внес огромный вклад в зоологическую науку. Им написано 218 статей о животных огромного региона, протянувшегося с севера на юг от Заволжья и Южного Урала до Персидского залива и Индии. При этом Зарудный выявил и описал большое количество новых видов и подвидов животных. Он явился самым крупным русским систематиком птиц, выделившим более 250 их разновидностей. Ученый проследил миграционные пути многих видов птиц, осуществил зоогеографическое районирование Средней Азии и Персии.

Велик вклад Зарудного в энтомологию. По подсчетам А. П. Семенова-Тян-Шанского, общее количество насекомых, собранных Зарудным, составляет около 200 тысяч экземпляров. Как коллекционер насекомых он не имел себе равных даже среди специалистов-энтомологов. Не случайно именем Зарудного названо 79 насекомых и паукообразных, а также 4 вида млекопитающих, 14 видов птиц, 5 видов пресмыкающихся, 1 вид рыб и 1 вид моллюсков.

Зарудный всегда сохранял удивительное добродушие и нежную любовь ко всему живому. Стал хрестоматийным случай, когда однажды в закаспийской пустыне Зарудный нашел двух, ростом с воробья, птенцов авдотки, скрывавшихся в небольшой ямке: "Только что подошел к ним, как оба они, неуклюжие, пучеглазые, вылезли из своих убежищ и заковыляли ко мне навстречу, широко раскрывая свои слюнявые ротики; я дал им по несколько капель воды из бывшей со мной бутылки, и они с жадностью напились, потом поймал несколько жуков и накормил их, они доверчиво сидели у меня на ладони и нисколько не боялись; рассадив их по местам, я побрел дальше" (10).

Любовь Зарудного к животным была безгранична. В оренбургском доме, в специальной комнате у него жили осы, гнезда которых висели на стенах, бабочки, жуки и самые разнообразные птицы: поползни, синицы-князьки, сарыч, иволга, чеглок, черные жаворонки, улит, тиркушки, белолобая казарка, различные совы, водяная курочка, кроншнеп; некоторые время жил ручной корсак и филин.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Три кругосветных путешествия
Три кругосветных путешествия

Знаменитый русский путешественник и флотоводец Михаил Петрович Лазарев (1788—1851) за свою жизнь совершил три кругосветных плавания. В ходе этих плаваний были открыты и нанесены на карту шестой материк Земли – Антарктида, сотни островов, заливов и других объектов.Это было замечательное время. На планете оставалось много белых пятен, и серьезное путешествие было уж никак не созерцанием, а подвигом и открытием. А тут такая возможность: белое пятно, которое предстояло нанести на карту, – целый материк, значит – возможность поставить свое имя в истории рядом с великими именами Колумба, Магеллана, Кука.Но у молодого капитана Михаила Лазарева, как и у других участников первой российской антарктической экспедиции, голова кругом от подобных перспектив не шла. Он – моряк, капитан, его готовили к тому, чтобы выполнять задания, какими бы сложными они ни были. За плечами уже был опыт кругосветного плавания, между прочим, всего лишь четвертого по счету в истории российского флота. Так что пафос и надрыв – это удел писателей, а у моряков-полярников была четкая задача – найти Антарктиду и нанести ее на карту.Однако практичность подхода не означала, что сама задача переставала быть интереснейшей, выдающейся и рискованной. И сейчас, при просто-таки фантастическом развитии технологий, антарктические экспедиции, даже круизы вдоль берега Антарктиды на самых комфортабельных кораблях, – это все-таки испытание.А два века назад были только паруса и самые простейшие приборы. Лазарев и его подчиненные понимали, на какой риск идут, осознавали, что вернутся не все. Но сомнений «идти или не идти» не было. И они шли, открывали новые земли и возвращались домой. И все это не на голом энтузиазме, не по принципу «на честном слове и на одном крыле», а опираясь на тщательную подготовку, точный расчет, суровую дисциплину и отработанное искусство мореплавания.Уже одного участия в первой антарктической экспедиции хватило бы, чтобы вписать свое имя в анналы мировой цивилизации. Но Михаил Лазарев таких плаваний совершил три. А затем без малого два десятилетия посвятил Черноморскому флоту. При нем строились и развивались Севастополь, Николаев, Херсон, росли и учились в будущем великие Нахимов, Корнилов, Истомин. Теперь это называется просто: «Лазаревская эпоха». Достойная жизнь достойного человека, никогда не стремившегося к славе во чтобы то ни стало, но обретшего еe на века…Представленные в этой книге документы, свидетельства самого Лазарева и его современников, участников экспедиций, не просто фиксируют события и открытия – они дают возможность читателю погрузиться в атмосферу прошлого, во времена великих географических открытий.Электронная публикация книги М. П. Лазарева включает все тексты бумажной книги и базовый иллюстративный материал. Но для истинных ценителей эксклюзивных изданий мы предлагаем подарочную классическую книгу. Бумажное издание богато оформлено: в нем более 200 иллюстраций, в том числе редчайших старинных карт и уникальных рисунков, многие из которых были сделаны непосредственно в ходе плаваний. Издание напечатано на прекрасной офсетной бумаге. По богатству и разнообразию иллюстративного материала книги подарочной серии "Великие путешествия" не уступают художественным альбомам. Издания серии станут украшением любой, даже самой изысканной библиотеки, будут прекрасным подарком как юным читателям, так и взыскательным библиофилам.

Михаил Петрович Лазарев

Биографии и Мемуары / Геология и география / История / Приключения / Путешествия и география / Прочая документальная литература