В кильватерном строю за смертью. Почему погиб «Курск»

Собравшись в 9-м отсеке, моряки при тусклом аварийном освещении оценили ситуацию. Они уже поняли, что на подводной лодке произошла чудовищная авария и в живых остались только обитатели 9-го отсека. Надо было принимать решение, что делать дальше. Отсечные часы 9-го отсека показывали время около 12 часов 12 августа 2000 года. Под руководством офицеров моряки осмотрели индивидуальные средства спасения, определили самочувствие каждого, кто был в 9-м отсеке, составили список оставшихся в живых подводников и приняли решение самостоятельно не выходить из затонувшей АПЛ, а ждать помощи спасателей с берега. Именно в это время и была написана записка капитан-лейтенантом С. В. Садиленко. Почему первоначально было принято решение не осуществлять самостоятельное спасение? Во-первых, офицеры знали, что АПЛ затонула вблизи главной базы, на глазах у всего командования Северного флота, на мелководье и аварийный буй, который автоматически должен всплыть, передаст координаты места затопления АПЛ. По их мнению, через считаные часы спасатели должны подойти к месту аварии. Во-вторых, самостоятельное спасение подводников без дополнительного водолазного оборудования возможно до глубины 100 метров. АПЛ затонула на глубине 108 метров. Спасательный люк 9-го отсека с учетом диаметра АПЛ находился на глубине порядка 95–97 метров. Это практически предельная глубина самостоятельного выхода, и при ослабленном физическом состоянии многие подводники могли не выдержать избыточного давления. В-третьих, у части моряков 9-го отсека не было индивидуальных средств спасения или они были разукомплектованы. В-четвертых, сразу же после катастрофы АПЛ в 9-м отсеке сложились относительно удовлетворительные условия жизнедеятельности. Отсек был герметичен, и в него не поступала забортная вода. Избыточное давление 0,6 кг/см ² допускало длительное нахождение людей без каких-либо последствий. Температура отсечного воздуха около +14–16 градусов. Запасов регенерации воздуха хватало на сутки. За 24 часа, по мнению подводников, спасатели Северного флота должны были найти АПЛ и спасти живых моряков или передать в 9-й отсек необходимые средства жизнеобеспечения. Вот поэтому сразу же после катастрофы живые подводники не планировали самостоятельный выход на поверхность. Они решили не выполнять трудоемких работ в 9-м отсеке по подготовке спасательного устройства к самостоятельному выходу, экономить кислород и ждать помощи спасателей. Если через сутки помощь не придет, они будут выходить самостоятельно способом «пo-буйрепу». Обо всем этом написано в записке капитан-лейтенанта С. В. Садиленко.

К 15 часам 12 августа 2000 года обстановка в 9-м отсеке серьезно изменилась в худшую сторону. Аварийные аккумуляторы разрядились, в отсеке наступила кромешная темнота. Температура воздуха понизилась до +4–7 градусов, средства регенерации воздуха не обеспечивали поддержания в отсеке необходимого процентного содержания кислорода. Парциальное давление кислорода и углекислого газа достигло критического уровня, а испарения технического масла, что вылилось в трюм 9-го отсека из масляной цистерны, еще больше ухудшали состояние отсечного воздуха. Физическое состояние многих подводников ухудшилось, и они поняли, что в таких условиях они не продержатся сутки. Более трех часов подводники не ощущали никаких признаков присутствия спасателей в районе катастрофы подводной лодки. Они ведь не знали о том, что аварийный буй не всплыл на поверхность, а руководители Северного флота не могли понять, что произошло с К-141 «Курск», целых 12 часов. Надо было принимать решение на самостоятельный выход.