В кильватерном строю за смертью

Собравшись в 9-ом отсеке, моряки при тусклом аварийном освещении оценили ситуацию. Они уже поняли, что на подводной лодке произошла чудовищная авария и в живых остались только обитатели 9-го отсека. Надо было принимать решение, что делать дальше. Отсечные часы 9-го отсека показывали время около 12 часов 12 августа 2000 года. Под руководством офицеров моряки осмотрели индивидуальные средства спасения, определили самочувствие каждого, кто был в 9-ом отсеке, составили список оставшихся в живых подводников и приняли решение самостоятельно не выходить из затонувшей АПЛ, а ждать помощи спасателей с берега. Именно в это время и была написана записка капитан-лейтенантом С. В. Садиленко. Почему первоначально было принято решение не осуществлять самостоятельное спасение? Во-первых, офицеры знали, что АПЛ затонула вблизи главной базы, на глазах у всего командования Северного флота, на мелководье и аварийный сигнальный буй (АСБ), который автоматически должен всплыть, точно показывает место их нахождения. По их мнению, через считанные часы спасатели должны подойти к месту аварии и через АСБ установить связь с 9-м отсеком затонувшей АПЛ. Во-вторых, самостоятельное спасение подводников без дополнительного водолазного снаряжения возможно до глубины 100 метров. АПЛ затонула на глубине 108 метров. Спасательный люк 9-го отсека находился на глубине порядка 95–97 метров. Это практически предельная глубина самостоятельного выхода и при ослабленном физическом состоянии многие подводники могли не выдержать избыточного давления. В-третьих, у части моряков 9-го отсека не было индивидуальных средств спасения, или они были разукомплектованы. В-четвертых, сразу же после катастрофы АПЛ в 9-ом отсеке сложились относительно удовлетворительные условия жизнедеятельности. Отсек был герметичен, и в него не поступала забортная вода. Избыточное давление 0,6 кг/см² допускало длительное нахождение людей без каких-либо последствий. Температура отсечного воздуха — около +15–18 градусов. Запасов регенерации воздуха хватало на сутки. За 24 часа, по мнению подводников, спасатели Северного флота должны были найти АПЛ и спасти живых моряков или передать в 9-й отсек необходимые средства жизнеобеспечения. Вот поэтому, сразу же после катастрофы, живые подводники не планировали самостоятельный выход на поверхность. Они решили не выполнять трудоемких работ в 9-ом отсеке по подготовке спасательного устройства к самостоятельному выходу, экономить кислород и ждать помощи спасателей. Если через сутки помощь не придет, они будут выходить самостоятельно способом «пo-буйрепу». Обо всем этом написано в записке капитан-лейтенанта С. В. Садиленко.

К 15 часам 12 августа 2000 года обстановка в 9-ом отсеке серьезно изменилась в худшую сторону. Аварийные аккумуляторы разрядились, в отсеке наступила кромешная темнота. Температура воздуха понизилась до +4–7 градусов, средства регенерации воздуха не обеспечивали поддержание в отсеке необходимого процентного содержания кислорода.

Парциальное давление кислорода и углекислого газа достигло критического уровня, а испарения технического масла и дизельного топлива, что вылилось в трюм 9-го отсека из масляных и топливных цистерн, еще больше ухудшало состояние отсечного воздуха. Физическое состояние многих подводников ухудшилось, и они поняли, что в таких условиях они не продержатся сутки. Более трех часов подводники не ощущали никаких признаков присутствия спасателей в районе катастрофы подводной лодки. Они ведь не знали о том, что АСБ не всплыл на поверхность, а руководители Северного флота не могли понять того, что произошло с К-141 «Курск» целых 12 часов. Надо было принимать решение на самостоятельный выход.

Выход можно было осуществить способом затопления отсека, потому что выходить способом автоматического шлюзования спасательного люка они не могли по двум причинам. Во-первых, подводники более трех часов находились под повышенным давлением 0,6 кг/см². Это время больше, чем допустимое при выходе способом свободного всплытия. Во-вторых, любой подводник при автоматическом выравнивании давления в спасательном люке (компрессии), мог потерять сознание и застрять в спасательном устройстве. В этом случае освободить спасательный люк было бы практически невозможно. Таким образом, единственным способом выхода был способ затопления 9-го отсека. Надо было наполовину затопить 9-й отсек забортной водой, воздухом сравнять давление в отсеке с забортным давлением и после этого по буйрепу выходить на поверхность. Моряки понимали, что не все из них могут выдержать такое испытание. Те, у кого не было спасательных гидрокомбинезонов вообще не могли рассчитывать на спасение. Шансов на спасение у большинства подводников 9-го отсека было мало, но надо было попытаться вырваться из стального корпуса мертвой подводной лодки.