В поисках скифских сокровищ

Оказалось, что Шульц с самого начала обманывал Археологическую комиссию. Он сознательно сообщал неправильные сведения о местах находок вещей, утверждал, что они найдены в курганах, расположенных на частных землях, между тем на самом деле курганы были на общественных землях. Дело в том, что, как уже говорилось, древности, найденные на казенных и общественных землях, считались собственностью казны, в то время как найденные на землях частных считались принадлежащими хозяевам земель и могли быть приобретены Археологической комиссией лишь путем покупки. Ясно, что Шульц, который все время прикидывался простаком, на самом деле сознательно готовился к преступлению. В своих отчетах он все умышленно искажал.

Ввиду того что погубленные Шульцем вещи вернуть уже все равно нельзя было, а также во избежание скандала судебное дело против Шульца возбуждепо не было. И тут Шульц совсем обнаглел. В течение десяти лет он с упорством, достойным лучшего применения, буквально засыпает Археологическую комиссию заявлениями, рапортами, прошениями, в которых изображает себя сначала жертвой ошибки, затем оклеветанным сознательно, из зависти очерненным и т. д. Он не только оправдывается, но и требует, угрожает. Видя, что Археологическую комиссию ему больше не провести, он начинает посылать «верноподданнические прошения» самому царю и царице. Сорок прошений послал он Николаю II. Постепенно в них все более начинает вырисовываться его облик ярого черносотенца и негодяя. Здесь постоянно фигурируют фразы вроде «лживые враги России», «готовые потопить всю Россию», «неразумные забастовщики» и т. д. В ходе этой многолетней тяжбы выяснились многие подробности жизни авантюриста Шульца. На всех прошениях Шульца, однако, неизменно стоит одна и та же резолюция: «Оставить без внимания».

Так в результате «деятельности» этого мошенника были погублены ценнейшие и интереснейшие Келермесские курганы.

Преступной деятельности грабителей и мошенников, фальсификаторов и скупщиков древностей был положен предел лишь после установления Советской власти на юге нашей страны.

Началась новая эра в археологии — новая эра и в исследовании античных и скифских древностей Северного Причерноморья.

НОВЫЕ ГОРИЗОНТЫ. МЕЛИТОПОЛЬ.

Прошли века, но слава древней были Жила в веках... Нет смерти для того, Кто любит жизнь, п песни сохранили Далекое наследие его.

И. А. Бунин

Со времени раскопок Куль-Обы, Чертомлыка и Солохи прошло много лет. Гигантские изменения произошли за это время в нашей стране. Победила Октябрьская революция, в корне изменившая весь жизненный уклад страны. Страна строилась и развивалась. Затем — Великая Отечественная война, стоившая неисчислимых жертв, а после победы и восстановления разрушенного хозяйства — новый гигантский подъем экономики и культуры. За эти годы родилась, окрепла и успешно развивалась и советская археологическая наука. Наследницей императорской Археологической комиссии явилась созданная в 1919 г. по декрету, подписанному В. И. Лениным, Российская Академия истории материальной культуры — ныне Институт археологии Академии наук СССР.

Первоначально советские археологи-скифологи уделяли раскопкам курганов мало внимания — на очереди стояли другие задачи. Дело в том, что дореволюционная русская археология очень мало занималась исследованием древних городов и поселений, почти целиком обратив свое внимание на раскопки курганов. Не в последнюю очередь это было вызвано определенной ориентацией тогдашней археологии. Вспомним, что с самого начала развития археологических раскопок в России, особенно после первых случайных открытий богатейших захоронений, главной целью раскопщиков всегда оставалось отыскание драгоценных вещей, достойных украсить собрание императорского Эрмитажа, а такие предметы могли бытъ найдены только в богатых могилах.

Между тем воссоздать историю древних народов, что и является одной из главных задач археологии, можно лишь в результате изучения их хозяйства, жилищ, быта, повседневной жизни. Это же возможно только путем археологического изучения, раскопок мест их обитания — городов и поселений. Одной из причин отхода от раскопок больших многометровых курганов было, вероятно, и то, что это всегда было делом «рискованным»— при больших затратах материальных средств и сил результат всегда оставался сомнительным: курган мог оказаться разграбленным, так оно чаще всего и было. Здесь имели дело с «котом в мешке», здесь в определенной мере действовал принцип лотереи: среди множества пустых билетов лишь немногие были «счастливыми». А где гарантия, что именно ты его вытащишь? Раскопки же городов и поселений были «беспроигрышными», они давали верные и надежные результаты.