В приемной доктора. Закулисные драмы отделения терапии

Филиппа сказала, что она обсудит этот случай со своим консультантом, а я пообещал миссис Прайс позвонить ей после того, как я поговорю с коллегами.

Я искренне верил, что миссис Прайс проследит, чтобы морфин больше не пропадал из сейфа. Рози должна была умереть в течение нескольких дней, поэтому я не хотел травмировать миссис Прайс заявлением в полицию и арестом племянника. У нас не имелось доказательств, что это сделал именно он, хотя все и так это прекрасно понимали.

Когда я вернулся в клинику, мне удалось обсудить случившееся с двумя коллегами. Никто из них ранее с таким не сталкивался. Мы решили, что полицию следует поставить в известность, но не хотим давать ход этому делу. Я позволил Филиппе, и она сказала, что они с коллегами пришли к такому же выводу. Она должна была позвонить в полицию и сообщить мне, что еще я должен сделать. Я почувствовал облегчение: мне совсем не хотелось говорить миссис Прайс, что мы будем выдвигать обвинения. Теперь мне предстояло выполнить гору бумажной работы.

В 18:30 в мою дверь постучали. Это была Элисон.

– Карета готова? – спросила она. Я тупо посмотрел на нее. – Ты везешь меня домой, забыл?

– Ах да, сейчас я закончу с бумажной работой, и мы поедем, – сказал я. Элисон села.

– Что у тебя сегодня на ужин? – поинтересовалась Элисон. Она вечно сидела на диете и была одержима тем, что едят другие люди.

– Я еще не решил. У меня осталась овощная лазанья, может, доем ее, – ответил я, радуясь нормальному вопросу.

– Я буду салат, но мне нужно приготовить что-то более сытное для Маркуса, – сказала Элисон. – Еще мне нужно выгулять собак, когда я вернусь. Не хочешь составить мне компанию?

Я дописал последнее направление и выключил компьютер. Мне бы очень хотелось прогуляться по лесу после настолько тяжелого дня, но я уже договорился встретиться с Дэниелом.

– Я бы с удовольствием, Элисон, но я сегодня встречаюсь с Дэниелом.

– Твоим другом из Йорка? Как у него дела?

– Думаю, что нормально. Я с нетерпением жду встречи с ним.

Честно говоря, я не знал, как у него дела на самом деле, поскольку мы довольно давно не общались. Мне было интересно узнать, как он.

В тот вечер мы с Дэниелом встретились в кофейне. Я старался не встречаться с ним там, где продавали алкоголь, поскольку он стал значительно больше пить после того ужасного инцидента, произошедшего пять лет назад. После смерти маленького мальчика началось коронерское расследование, в котором семья ребенка принимала активное участие. По словам Дэниела, коронер не нашел доказательств того, что у мальчика были признаки пневмонии уже при первом обращении к врачу. В результате профсоюз заключил с родителями мальчика мировое соглашение.

Хотя я поддерживал Дэниела на протяжении всего расследования, я не мог забыть о том, что в центре всего этого стояли убитые горем родители. Они потеряли своего маленького сына, а теперь были вынуждены вновь переживать случившееся в коронерском суде. Это было ужасно.

Когда расследование завершилось, Дэниел вернулся на работу. Ему было трудно. Коллеги старались даже не упоминать о его длительном отсутствии, из-за чего он чувствовал себя неловко. Естественно, он стал сомневаться в своей компетентности. Мы периодически затрагивали эту тему, но он неохотно ее обсуждал. Казалось, Дэниел просто храбрился. Когда мы сели и заказали кофе и пирог, я спросил, как у него дела.

– Ну, ты сам знаешь… – начал он, не глядя мне в глаза.

– Нет, расскажи мне, – мне хотелось, чтобы на этот раз он высказался.

Он тяжело вздохнул.

– Этот инцидент и расследование…

– Я слушаю.

– Я даже не знаю. Я на пороге серьезного решения, Амир.

– Какого?

– Я не думаю, что смогу и дальше работать врачом. Я никого не виню в том, что произошло, но я каждый день испытываю стресс во время приема и боюсь допустить другую ошибку.

– Да, так иногда кажется. Я рад, что теперь ты хотя бы моешь волосы.

– Раньше мне было не до них, – улыбнулся он.

Мне было приятно видеть, как он улыбается, но напряжение с лица Дэниела никуда не ушло. Мы поговорили, и я попытался убедить друга, что его чувства нормальны и что он подходит для своей работы. Я не был уверен, что у меня это получилось. Наевшись лимонного пирога, мы договорились поскорее увидеться в следующий раз. Мы всегда обещали это друг другу, но не держали слово.

После нашей встречи я задумался о том, что сказал Дэниел.