В спецслужбах трех государств

Гэкачеписты полагали, что создание и программные документы ГКЧП будут одобрены Верховным советом СССР, но, по заявлению Крючкова, подвел А. Лукьянов. Он тянул время назначения даты проведения внеочередной сессии, мотивируя трудностями созыва на заседание находившихся в отпусках народных депутатов. Но Верховный совет СССР, в отношении которого питали надежду члены ГКЧП, в самом начале своей работы сразу же поставил происшедшее в стране на свое место: создание ГКЧП депутатским корпусом было квалифицировано как совершение государственного переворота. Уже тогда возникал закономерный вопрос, стоило ли членам ГКЧП собираться на конспиративном объекте и проявлять поспешность с провозглашением чрезвычайных мер «по спасению страны» в отсутствие Президента Горбачева, главы парламента Лукьянова и совершать таким образом грубейшие нарушения действующего законодательства?

В истории такие исключительные случаи были. В свое время для спасения социалистического строя президент ПНР Войцех Ярузельский без предварительной санкции сейма объявил введение в стране военного положения. Впоследствии Польский сейм согласился в январе 1982 года с решением своего главы государства. Это не помешало организовать судебное преследование Ярузельского в наши дни за формальное нарушение юридических норм. За свою трехдневную деятельность ГКЧП сумел достигнуть только одного — сорвать намеченное подписание несколькими республиками нового Союзного договора, что стало катализатором последовавшего распада СССР.

Я остаюсь убежденным сторонником того, что заключение в те дни даже урезанного Союзного договора давало возможность продолжать переговоры с остальными союзными республиками, сохранить государство, выйти на более высокий уровень соглашений об экономической интеграции, расширении суверенитета союзных республик и установления подлинного федерализма. В 1922 году переговорные процессы об объединении народов в единый Союз ССР, проходившие в более драматические времена Гражданской войны, интервенции и разрухи, носили не менее сложный характер, но и в тех исключительных условиях согласие республик об образовании СССР состоялось. Союзный договор 1922 года был подписан сначала шестью республиками: Россией, Украиной, Белоруссией и входившими в состав Закавказской Федерации Азербайджаном, Арменией и Грузией, а затем к нему присоединились остальные союзные республики, составившие вместе Союз ССР.

В Союзном договоре 1922 года и в Конституциях союзных республик предусматривалось сохранение за каждой республикой, вошедшей в Союз, права свободного выхода из состава Союза ССР. Практический порядок выхода из СССР был дополнительно урегулирован Законом СССР от 3 апреля 1990 года. В нем предусматривалось, что все вопросы о выходе из СССР республики должны решать путем всенародного референдума. Если проголосовало не менее двух третей взрослого населения, то дальше вопрос должен рассматриваться Верховным советом СССР и Съездом народных депутатов СССР, а потом — в самих республиках. После этого устанавливался период (не более пяти лет) для прояснения всех проблем экономического, финансового, территориального характера, которые могут возникнуть в связи с выходом республики, а также для разрешения претензий, которые могли предъявить граждане.

Как стало известно, по указанию Крючкова разработка основных документов о чрезвычайном положении, ставших директивами ГКЧП, была заранее проведена сотрудниками центрального аппарата — заместителем начальника разведки В. Жижиным и помощником начальника контрразведки А. Егоровым (от Министерства обороны участвовал П. Грачев). Я хорошо знаю обоих: в оперативно-служебной деятельности они были специалистами, но далеки от проблем внутренней жизни страны, положения и настроений, бытовавших в союзных республиках после принятия ими Актов о государственном суверенитете. Между тем в своих выводах они отмечали, что обстановка в стране сложная, введение чрезвычайного положения возможно лишь при наличии законных оснований.