В стране слепых я слишком зрячий, или Королевство кривых. Книга 2. Том 2. Обвал

– Да не пойду я на твоих любовников смотреть! Подумаешь, удивила… Да у тебя их сто должно быть и на каждый день недели… тоже мне… Только мне плевать на это, раньше было плевать, теперь тем более.

Мы поднялись на верхний этаж пешком.

– Лифт часто не работает, «шишки» переехали отсюда, вот и… барахлит и никто не хочет заниматься – сказала Таня, открывая замок большим лопастным ключом.

Дверь большая и обитая железом почему-то, покрашенная той краской, что и стены, она открылась шумновато, мне показалось, скрежещет. Мы вошли внутрь, Таня включила свет, здесь небольшая прихожая.

– От мастерской Курилова у тебя тоже есть ключ? – спросил я.

– Есть, – ответила Таня, проходя дальше.

– А почему не открыла?

– Я же говорила, он голый ходить любит.

– А ты не одна пришла… – продолжил я.

– А я не одна пришла… – невозмутимо подтвердила Таня, останавливаясь посреди большого помещения тоже чердак, но здесь было очень светло, не так как у Курилова и никакой брутальности, впрочем, и миленькой женственности тоже, здесь всё было очень похоже на Танину комнату в Кировске: белые стены, огромные окна, большие и не очень полотна у стен, мольберты, а в окнах, ух ты… ну и вид… крыши домов, шпили, вернее, тут не шпили, башни кремлёвские, в вон и ещё недостроенный Храм Христа Спасителя…

– А это чья резиденция? – спросил я.

– Моя, – сказала Таня, улыбаясь, и взялась за пуговки на лифе платья. – Нравится?

Меня обдало жаром, даже колени, будто она плеснула на меня.

– Нравится?.. – я подошёл ближе, ещё не вполне уверенный, что можно. – Ещё бы…

Таня чуть-чуть развела расстёгнутое платье, поднимая руки мне на плечи. Шёлк её платья такой мягкий…

В окна смотрело и небо, и город, казалось, это два глаза реальности смотрят на нас. С большого кожаного дивана мы свалились на пол и так и остались на нём, стянув сюда плед.

– Так зачем ты меня по мужикам своим водила?

– Хотела, чтобы ты… всё знал, чтобы… не возненавидел меня после, когда узнаешь. Лучше знать сразу, кто перед тобой.

– То есть ради меня ты от них не откажешься?

– Отказалась уже, – сказала Таня.

– И от Марка уйдёшь?

Мне хотелось услышать, что она скажет тоже, но она сказала иначе. Села и освещая всё вокруг своей сияющей красотой, проговорила:

– Давай мы… сразу решим, как говорится, на берегу. Ни ты, ни я не созданы для того, чтобы в кругу семьи вечера встречать за котлетами с пюрешкой, под просмотр телепрограмм и обсуждение новостей на работе и в школе у наших детей. Быть может, тебе это и сможет создать твоя жена и твои дети, но не я.

– Ты не хочешь сидеть со мной под абажуром и есть пюрешку? – улыбнулся я, протягивая руку к её груди, отводя спустившиеся как свет волосы на неё. Когда-то она стеснялась своей наготы, теперь нет, теперь она свободна…

– Очень хочу… – Таня отвела мою руку, соединив свои пальцы с моими. – Но… это… какая-то другая реальность, Володь… Мы то, что мы есть. Ты музыкант и тебе нужны зрители, поклонницы, визги, дикость, драки за автографы.

– А тебе? Все эти мужчины?

– А мне нужна свобода.

Я сел тоже и так же сложил ноги как она, почти по-турецки.

– Я понимаю. Но я хочу быть с тобой всегда, всегда хотел и… когда я встретил тебя в Питере… когда увидел… я бежал за вашей машиной от Кировского театра до самого «Англетера», и я… побегу за тобой, куда угодно. Даже если ты этого не захочешь. Чтобы хотя бы видеть тебя.

Таня посмотрела на меня, губы заиграли усмешкой.

– Я фотку тебе подарю, хочешь? – прыснула она. – С автографом… Ну а чё? Я тоже хочу быть знаменитой…

Я засмеялся и повалил её на спину, целуя.

– А ты и станешь, будут говорить все:

– Гляди-ка, какая классная чика! Это жена Книжника, то есть Ленина.

– Крупская!..

Мы хохотали и смешили друг друга ещё, снова легли на диван, где толстые кожаные подушки, собираясь уснуть, и снова занимались любовью.

– Здесь ещё помещение есть, надо спальню оборудовать, – сказала Таня.

– С кроватью, наконец… – засмеялся я.

Глава 5. Боль и оперетка

– Сынок, как твои дела? – улыбнулась мама, встречая меня сегодня одного, хотя мы собирались с Таней вместе заехать за ней и втроём после на дачу, туда же приедут и танины родители, чтобы всем вместе провести выходные. И что теперь получалось, я один буду в их компании? Хотя бы Платон с женой тоже поехали, но нет, оказалось, что самого Платона нет, куда-то отправился в срочную командировку. Какая командировка?! Всё враньё, мне кажется, что оба они, Таня и Платон так похожи, как не предполагают даже сами. Их не удерживает ничто и никто…