В тисках голода. Блокада Ленинграда в документах германских спецслужб, НКВД и письмах ленинградцев

9. Разрушения.

По-видимому, в результате обстрелов серьезно пострадали Кировский и Ижорский заводы. Часть Кировского завода переведена на завод «Большевик».

В результате бомбовых ударов пострадал аэродром в Новой Деревне (F5). На нем удалось разглядеть уничтоженные самолеты, однако аэродром по-прежнему используется.

На Финляндском вокзале в результате налета уничтожен железнодорожный состав.

Сгорел архив на Конногвардейской.

В результате бомбежки уничтожен Мариинский театр.

► Национальный Архив США. Командование 18-й армии. Отдел 1с. Микрофильм. Т-312/1579—866—70.

№34

Командованию 18-й армии

12 октября 1941 г.

От фон Унгерн-Штернберга

СЛУЖЕБНАЯ ЗАПИСКА!

По указанию отдела 1с я занимался ведением листковой пропаганды. По моему мнению, проводившаяся до сих пропаганда как по размеру, так и по содержанию не достаточна для того, чтобы оказывать продолжительное воздействие. Это подтверждается показаниями пленных и перебежчиков. В содержательном отношении главные недостатки состоят в следующем:

1) Листовки не актуальны. Они содержат общую критику советской системы, не учитывая особого положения Ленинграда в связи с блокадой. Информация, поступающая в армию разными путями о событиях, происходящих в Ленинграде, содержит в последнее время достаточно материала, который мог бы быть использован для эффективной пропаганды. Действенность пропаганды зависит в первую очередь от того, насколько быстро используется получаемый материал. В связи с тем, что адресованная гражданскому населению пропаганда до сих пор обязательно согласовывалась с ОКВ, необходимо найти способ, при котором можно было бы получить разрешение на распространение листовок в течение 2-3 дней. Поэтому я бы предложил направлять листовки в соответствующие инстанции ОКВ телеграфом с просьбой давать соответствующее разрешение, принимая во внимание неотложность немедленной проверки.

2) Проводившаяся до сих пор среди населения и частей Красной Армии пропаганда в целом не учитывала различного образовательного уровня и особого положения различных слоев населения. Было бы целесообразным подумать о том, чтобы подготовить особые листовки, адресованные рабочим, в которых бы, например, говорилось о милитаризации всей промышленности, насильственной эвакуации в отдаленные восточные районы, насильственной мобилизации в действующую армию и т. д.

3) Очевидно, что почти полностью отсутствует пропаганда для русских женщин. По моему мнению, этот момент особенно важен. Большевистская пропаганда с начала существования советского режима совершенно справедливо исходит из того, что русская женщина, превосходя мужчин как в отношении интеллигентности, так и энергии и инициативы, вместе с тем очень хорошо подвержена пропагандистскому влиянию. Поэтому она придает большое значение тому, чтобы привлечь женщин на сторону большевизма и дать им большие возможности участвовать в решении государственных задач. В этом, вне всякого сомнения, большевизм преуспел. Анализ писем вновь и вновь показывает, как женщины призывают мужчин на фронте держаться до конца и сами делают очень много для того, чтобы усилить сопротивление. В этом наверняка многое можно было бы изменить, если бы была организована эффективная и интенсивная контрпропаганда, адресованная женщинам. Положение женщин в связи с голодом в Ленинграде, естественно, является особенно тяжелым. С одной стороны, вследствие мобилизации мужчин женщины привлечены к выполнению тяжелых работ (например, к рытью окопов), а с другой, — на них полностью лежит бремя по содержанию себя и своих детей.

4) Уже сейчас надо было бы всеми средствами и со всей силой указывать на то, что большевистская тактика привела население города к страшному голоду. Бонзы НКВД, партийные функционеры, евреи и т.п., отстаивают город, чтобы выиграть время и успеть уехать самим в безопасное место и вывести все свое имущество. За это время они используют последние имеющиеся ресурсы. Чем дольше будет продолжаться это состояние, тем вероятнее наступление такого момента, когда у оставшегося в городе населения не будет ничего. Этот момент необходимо подчеркнуть особо, для того чтобы направить ненависть за неминуемый голод на тех, кто за него отвечает.

5) Большая часть русского населения за годы большевистского режима стала безынициативной и привыкла исполнять указания сверху. Поэтому было бы важным не только критиковать мероприятия, проводимые большевиками, но и по возможности говорить населению, что оно должно делать в ответ на эти мероприятия. Доверие недовольных существующим положением масс увеличилось бы, если бы они могли заключить из листовок, что немцы широко информированы о том, какие мероприятия проводятся большевиками и что происходит в городе. «Берите оружие, которое Вам дают, и в подходящий момент поворачивайте его против Ваших угнетателей, евреев и функционеров НКВД». Подобные лозунги могли бы способствовать созданию достаточно неприятной неуверенности у большевистского руководства.