В водовороте века. Мемуары. Том 1

Если бы коммунисты, освободившись от фракционных взглядов, в едином строю и порядке организовали и возглавили эту борьбу, то движение 10 июня приняло бы более широкий размах и превратилось бы в общенациональную борьбу, нанесло бы более ощутимый удар по колониальному режиму японского империализма.

Движение 10 июня преподнесло серьезный урок, что без преодоления фракционности нельзя добиться ни развития коммунистического движения, ни победы в антияпонской национально-освободительной борьбе.

К тому времени я со своей точки зрения дал анализ результатов движения 10 июня. Мне было странно, почему организаторы этого выступления повторяли тот мирный способ, который наблюдался в дни Первомартовского движения.

Как гласит изречение «К однодневной битве подготовь войска тысячу дней», чтобы мобилизовать народные массы на поле брани, необходимо в достаточной мере воспитать, организовать и подготовить их к сражению. Однако те, кто организовал и возглавил движение 10 июня, не провели заранее тщательную подготовку, они противопоставили вооруженным до зубов войскам и полиции десятки тысяч безоружных людей, и потому не избежали и не могли избежать трагических последствий.

Мне было досадно, горько, я не мог уснуть при мысли об антияпонском движении, которое при каждой его вспышке терпело поражение за поражением, сопровождаясь массовыми убийствами. От этой неудачи все во мне вскипело, еще более укрепилась воля к борьбе за разгром японских империалистов и возрождение Родины.

Охваченный таким идейным побуждением, я решил достойно проводить годы учебы в училище «Хвасоньисук», оправдывая завет отца, чаяние матери и ожидания народных масс.

Это было двухгодичное военно-политическое училище при группировке Чоньибу, созданное в начале 1925 года с целью подготовки кадров Армии независимости.

Участники движения за независимость и патриотически настроенные просветители, видевшие путь к национальному возрождению в подготовке реальных сил, прилагали активные усилия не только к созданию общеобразовательных школ, но и к учреждению военных училищ, нацеленных на подготовку военных кадров. Их усилиями были открыты в различных районах Маньчжурии ряд военных учебных заведений: курсы «Синхын» (в уезде Люхэ), Шилипинское военное училище (в уезде Ванцин), Сяошахэский военно-учебный пункт (в уезде Аньту, училище «Хвасоньисук» (в уезде Хуадянь) и др.

Главную роль в движении за создание военных учебных заведений играли такие крупные деятели движения за независимость, как Рян Ги Тхак, Ли Си Ен, О Дон Чжнн, Ли Бом Сок, Ким Гю Сик, Ким Чва Чжи и другие.

В училище «Хвасоньисук» поступали воины действительной службы, отобранные в ротах при группировке Чоньибу. Число поступающих новобранцев спускали сверху в каждую роту, а рота отбирала и направляла в училище лучших своих юношей.

Когда учащиеся пройдут полный двухгодичный курс учебы, их направляли в свои роты с новыми служебными разрядами, назначаемыми по их успеваемости. Бывало, что некоторые юноши поступали в училище и не из Армии независимости, а по рекомендации отдельных личностей, но это были редкие случаи. Поэтому мыслящие цветущие юноши мечтали поступить именно в это училище.

Теперь почти никого не осталось в живых из товарищей по училищу «Хвасоньисук», которые могли бы вспомнить те прожитые нами годы.

Еще при жизни моего отца я почти не обращал внимания на вопрос о моем будущем и на семейное хозяйство, но после смерти отца невольно приходилось заботиться о своем будущем и о ряде других сложных проблем, связанных с содержанием семьи.

Будучи убит глубоким горем и скорбью по утрате отца, я задумался над своим будущим. Меня не оставляли стремление во что бы то ни стало выполнить волю отца, посвятить всю свою жизнь и всего себя делу движения за независимость страны, а также желание учиться дальше, кода позволят обстоятельства, даже если это и обременит мать.

Уходя от нас, отец завещал дать мне возможность окончить среднюю школу, но семейные обстоятельства не позволили мне даже изъявить желание учиться дальше, как бы мне ни хотелось этого. Если я пойду в школу, то плата за обучение ляжет тяжелым бременем на плечи матери, ей будет невмоготу за счет мизерного дохода от стирки чужого белья и шитья на кого-то обеспечивать бедную семью и каждый месяц оплачивать мою учебу.

А тут еще после смерти отца в один прекрасный день лишился занятий и дядя Хен Гвон, работавший его помощником. В аптеке, оставленной отцом, почти не было лекарств.

Именно тогда-то друзья отца и предложили мне учиться в училище «Хвасоньисук». В завещании, которое отец оставил матери, прощаясь с нами, содержался и наказ о моей дальнейшей учебе. Последняя просьба отца к матери и дяде — написать его друзьям об этом и воспользоваться их помощью, когда я стану учиться дальше.