Читаем Вечная жизнь: новый взгляд. За пределами религии, мистики и науки полностью

Несмотря на то что мы действительно можем изучать прошлое и даже становиться опытными палеонтологами и антропологами, мы не в состоянии предсказать или хотя бы предвидеть, какой будет следующая стадия в развитии жизни. Станут ли люди ясновидящими? Эволюционируют ли они так, что пройдут этап самосознания и приобретут нечто, чего мы пока не можем вообразить? Или некая другая форма жизни, о которой мы еще не подозреваем, станет фондом, из которого возникнет совершенно новый вид живых существ, как часто случалось в прошлом? Подозреваю, что и неандертальцы некогда думали, как мы, что являются первоисточником будущего. Человеку пришло время снять шоры, надетые ему самим человечеством, и начать мыслить совершенно по-новому. «Божество-отец» в небе, приходящий спасти нас, – образ из детства нашего человечества. Мой друг Дон Кьюпитт, с которым я согласен если не по сути, то в деталях, озаглавил свою недавнюю книгу «Над нами лишь небо» (Above Us Only Sky)[62]. Он прав в том, что над нами нет божества, однако из этого факта он делает совсем иные выводы, отличные от моих.

Пришествие квантовой физики вынудило научный мир, в том числе таких блестящих гениев, как Альберт Эйнштейн, проникаться концепциями, противоречащими интуиции и логике. Вот почему это явление некоторые называют «квантовой запутанностью». Квантовая физика развилась из открытия, согласно которому атомы, ранее считавшиеся основным «строительным материалом» природы, можно разделить на частицы. Более того, выяснилось, что эти субатомные частицы ведут себя непредсказуемым образом. Они могут излучать дискретные пучки света, то есть кванты энергии, способные спонтанно преображаться в физические волны, энергия которых поддается измерению. Открытия в новой сфере квантовой физики возвестили современную эру ядерных наук. Теперь уже очевидно, что такие субатомные частицы преобладают в космическом пространстве нашей Вселенной. Эти частицы заряжают энергией пространство, объединяющее космос в целом. Именно эти знания подвели нас к новому осознанию того, что мы не являемся и никогда не были обособлены и одиноки, какими побудил нас почувствовать себя опыт самосознания. Это допущение стало ключевым в развитии человека. Вокруг этого допущения мы организовали жизнь в условиях самосознания, чтобы противостоять ощущению обособленности, из него исходили в религиозных предположениях относительно внешнего божества и нашей сепарации от него, на этом основании строили свои рабочие гипотезы. А теперь мы начинаем подозревать, что это ощущение обособленности, которое нас, честно говоря, ошеломляло, могло само быть иллюзией, заблуждением, в условиях которого нам пришлось жить, прежде чем этот обман раскрылся. Постепенно становится ясно, что теперь мы все острее сознаем чувство единства со всем сущим: в действительности мы связаны с ним в большей мере, чем пока в состоянии охватить разумом. Самосознание начинает выглядеть всего лишь очередной стадией нашего развития, которое в конце концов приведет нас к пониманию нашего основополагающего единства со вселенной, того самого единства, которое связывает материальное и нематериальное, и даже наше тело и наш разум, – возможно, как часть вселенского сознания.

В статье под названием «От космоса к сознанию: восхождение человечества» (Cosmos to Consciousness: The Ascent of Humanity) врач, ученый, искатель и друг Дэниел Грегори писал:

«Высокоразвитая архитектура человеческого мозга обеспечила человека мультисенсорным и мультиперцептивным восприятием окружающего мира. Мозг составляют более двадцати миллиардов взаимосвязанных нейронов и тридцать тысяч генов: они создают в организме человека коммуникационные сети и объединенный информационный центр, к которому – от сложных электромагнитных и субатомных сил Вселенной, – идут раздражающие сигналы через общую энергетическую систему: ее можно проследить в прошлое до самого Большого взрыва и пройти от него к возникновению жизни на планете Земля. Функционирующий мозг наделил людей способностью к творчеству, гениальности, озарениям, вдохновению, таким эмоциям, как любовь и желание. Люди способны отличать добро от зла, предвидеть возможные итоги событий, предвкушать будущее и строить планы на него и в целом оптимизировать свое выживание. Приобретая в процессе эволюции все эти способности восприятия, человеческий мозг также обрел возможность воспринимать собственную жизнь как существование функционального и независимого организма с внутренним, личным, когнитивным и эмоциональным "я"»[63].

Мой друг Милтон Лерой в одном из многочисленных писем, адресованных мне, думая о своей скорой смерти, писал: «Если то, что притягивает друг к другу атомы и молекулы, можно также назвать «любовью», значит, «любовью» можно называть источник и творца всего сущего. Осмелимся ли мы на такую простоту?»

Перейти на страницу:

Все книги серии Жизнь со смыслом

Триумф христианства. Как запрещенная религия перевернула мир
Триумф христианства. Как запрещенная религия перевернула мир

Наш мир еще не видел более фундаментального и значительного культурного преображения, чем покорение западной цивилизации христианством. Триумфальная христианизация Римской империи стала величайшей исторической победой когда-то запрещенной религии, приверженцев которой преследовали и подвергали мученической смерти. Новая книга всемирно известного исследователя Библии и историка раннего христианства Барта Эрмана – это описание того, что произошло, когда церковь слилась с имперской властью. В своем рассказе Эрман избегает как победных реляций о росте влияния и усилении власти церкви, так и напрашивающихся после знакомства с историческими фактами обвинений христиан в варварстве и вандализме по отношению к разрушенному и утраченному бесценному культурному наследию древней языческой культуры. Он задается вопросом и пытается дать на него объективный ответ: как маленькая горстка последователей Иисуса из Назарета сумела обратить в свою веру огромную и мощную империю?

Барт Д. Эрман

Справочники
Четыре всадника: Докинз, Харрис, Хитченс, Деннет
Четыре всадника: Докинз, Харрис, Хитченс, Деннет

Великие ученые и интеллектуалы нашего времени Ричард Докинз, Кристофер Хитченс, Сэм Харрис и Дэниел Деннет однажды встретились за коктейлем, чтобы честно обсудить судьбу религии. Видео их беседы стало вирусным. Его посмотрели миллионы. Впервые эта эпохальная дискуссия издана в виде книги. Это интеллектуальное сокровище дополнено тремя глубокими и проницательными текстами Докинза, Харриса и Деннета, написанными специально для этой книги. С предисловием Стивена Фрая.Ричард Докинз – выдающийся британский этолог и эволюционный биолог, ученый и популяризатор науки. Лауреат литературных и научных премий. Автор бестселлеров «Эгоистичный ген», «Расширенный фенотип» и «Бог как иллюзия».Кристофер Хитченс – один из самых влиятельных интеллектуалов нашего времени, светский гуманист, писатель, журналист и публицист. Автор нескольких мировых бестселлеров, среди которых «Бог – не любовь».Дэниел Деннет – знаменитый ученый-когнитивист, профессор философии, специалист в области философии сознания. Деннет является одной из самых значимых фигур в современной аналитической философии. Автор книг «От бактерии до Баха и обратно», «Разрушая чары» и других.Сэм Харрис – американский когнитивный нейробиолог, писатель и публицист. Изучает биологические основы веры и морали. Автор бестселлера «Конец веры». Публикуется в ведущих мировых СМИ: The New York Times, Newsweek, The Times.Стивен Фрай – знаменитый актер, писатель, драматург, поэт, режиссер, журналист и телеведущий.

Ричард Докинз , Сэм Харрис , Кристофер Хитченс , Дэниел К. Деннетт

Религиоведение / Научно-популярная литература / Образование и наука
Вечная жизнь: новый взгляд. За пределами религии, мистики и науки
Вечная жизнь: новый взгляд. За пределами религии, мистики и науки

Однажды биологические часы остановятся. Во что верить, когда точно знаешь, что конец неминуем? На что можно надеяться, если больше не готов слушать благочестивые сказки? Критики называют Джона Шелби Спонга самым лютым еретиком ХХ века. Сторонники – предтечей новых глобальных сдвигов в религиозном мировоззрении. Эта книга – первая возможность для русскоязычных читателей познакомиться с идеями одного из блестящих интеллектуалов нашего времени, задающего направление всем самым интересным богословским спорам сегодня. Торжественно-печальная симфония, сочиненная старым мастером на исходе жизни, монументальное кредо, проникновенная исповедь, глубокое представление взглядов интеллектуально честного христианина на жизнь и смерть.

Джон Шелби Спонг

Философия

Похожие книги

Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное