Великая княгиня Владимирская Мария. Загадка погребения в Княгинином монастыре

Загадка брака Всеволода Большое Гнездо

В поисках разгадки этнического происхождения Марии следует обратиться к биографии ее мужа – великого князя Всеволода Большое Гнездо. Историки, говоря о нем, любят приводить цитату из «Слова о полке Игореве», автор которого, характеризуя его могущество, образно писал: «Великый княже Всеволоде!.. Ты бо можеши Волгу веслы раскропити, а Донъ шеломы выльяти»[213]. Но при этом они удивительным образом проходят мимо того очевидного факта, что Всеволод являлся младшим сыном основателя Москвы Юрия Долгорукого от его второго брака. Поскольку у Всеволода имелось десять старших братьев, по тогдашним правилам наследования самое большее, на что он мог рассчитывать, – быть одним из мелких русских князей, которому до конца жизни предстояло оставаться на вторых и третьих ролях и даже не мечтать о великом княжении.

Первые годы жизни Всеволода, казалось бы, подтверждали данное правило. Княжич осиротел в возрасте двух с половиной лет, когда 15 мая 1157 г. в Киеве скончался Юрий Долгорукий. Сразу после этого во Владимиро-Суздальской земле при поддержке ростовского и суздальского боярства вокняжился его старший брат Андрей Боголюбский (от первой супруги отца). Сделано было это вопреки последней воле Юрия Владимировича, предназначавшего этот удел своим младшим сыновьям[214].

Многие во Владимире и Суздале были недовольны вокняжением Андрея Боголюбского. Чтобы предупредить возможную усобицу, последний в 1162 г. изгнал из своих владений вторую семью отца, его «передних» бояр, племянников Мстислава и Ярополка Ростиславичей (сыновей его рано скончавшегося старшего брата), а также ростовского епископа Леона.

В возрасте 8 лет Всеволод вместе с матерью и старшими братьями Мстиславом и Васильком вынужден был бежать в Византию. При этом император Мануил I отдал во владение Васильку четыре города на Дунае, а Мстиславу «волость Отскалана», которая отождествляется с современным Ашкелоном в Палестине[215]. Предполагают, что Всеволод не получил ничего, поскольку был еще слишком юн.

Кем была вторая жена Юрия Долгорукого и мать Всеволода? Авторы энциклопедий странным образом молчат по этому поводу. В.А. Кучкин, автор соответствующей статьи в энциклопедии «Древняя Русь в средневековом мире», сообщает только о первом браке Юрия с дочерью половецкого хана Аепы[216]. А.П. Пятнов в Большой российской энциклопедии уточняет, что это было первое летописное упоминание Юрия (1108 г.)[217]. Немногословны и дореволюционные издания. А.В. Экземплярский в «Энциклопедическом словаре» Брокгауза и Ефрона фиксирует лишь, что от двух браков Юрий имел 11 сыновей и двух дочерей[218]. Только «Русский биографический словарь» сообщает, что вторым браком Юрий был женат, вероятно, на гречанке[219]. Подобное единодушие авторов словарей объясняется весьма просто: о матери Всеволода достоверно ничего не известно.

Тем не менее отъезд малолетнего княжича в столь отдаленные от русского северо-востока края можно объяснить только наличием каких-то весьма стойких родственных связей по материнской линии. На этом основании В.Н. Татищев признавал ее «греческой принцессой»[220]. Н.М. Карамзин допускал греческое происхождение, поскольку она уехала в Царьград. Правда, при этом он сомневался в достоверности получения Мстиславом «Аскалонской области, ибо она тогда принадлежала королям Иерусалимским»[221].

И хотя версия о греческом происхождении второй супруги Юрия Долгорукого и ее родстве с византийским императорским домом стала довольно популярной в историографии, ряд исследователей, соглашаясь с ней, выражал сожаление, что она почти не подкрепляется данными других источников[222].

В частности, В.П. Степаненко предположил, что Юрий Долгорукий женился не на дочери императора Мануила I Комнина, а на представительнице клана Комнинов – довольно обширного круга аристократических семей, связанных родственными узами с правящей династией. По его мнению, «большая часть наших представлений о византийских браках русских князей – лишь плод деятельности русских историков XIX в., не имеющих подтверждения в источниках». Вслед за Н.М. Карамзиным он назвал «совершенно фантастической теорией» то, что Мстислав получил от Мануила Комнина Аскалон в Палестине, входивший в домен короля Иерусалима[223].

Однако, вопреки столь категоричному мнению, свидетельство о втором браке Юрия Долгорукого содержится не в исторических сочинениях XIX в., а в летописном источнике, хотя и позднем – составленной в середине XVII в. Густынской летописи. Н.М. Карамзину она не была известна. Под 1162 г. в ней находится следующее известие: «В то же лето пойдоста Мстиславъ и Василко и Всеволодъ Юревичи со материю въ Цариград къ царю Мануилу, къ деду своему. И даде имъ царъ градовъ килка, да живут тамо»[224]. Таким образом, вторая жена Юрия Долгорукого действительно оказывается дочерью византийского императора Мануила Комнина.