Великая русская революция, 1905–1921

Эта женщина, родившаяся в Санкт-Петербурге в старой дворянской семье, отвергла условности своего класса и волю своих родителей, заявив, что выйдет замуж только «по большой любви», которую, как ей казалось, она испытывала к «безденежному молодому инженеру» (и кузену) Владимиру Коллонтаю[612]. После нескольких лет брака и рождения ребенка она ощутила разочарование— возможно, во Владимире и их взаимоотношениях, хотя впоследствии она называла в качестве источника этого чувства растущее осознание того, что женщина, ограничивающаяся любовью, домом и материнством, не способна насладиться всей полнотой жизни. Владимир расценивал ее интерес к чтению, частые посещения публичных лекций и участие в работе подпольных социалистических кружков как «бросаемый лично ему вызов». Отказываясь в чем-либо себя ограничивать, Коллонтай ушла от него с маленьким сыном[613]. Ее первым публичным поступком в новой независимой жизни было создание и печать книги о воспитании детей, в которой, следуя хорошо известной прогрессивной тенденции, она утверждала, что родители должны поощрять и стимулировать в своих детях нравственную и интеллектуальную независимость, дух свободы и силу воли. Вопреки мнению большинства людей это приведет не к эгоизму, а к желанию совершенствовать общество в целом: слабовольному человеку «никогда не хватит ни храбрости, ни желания выступить против господствующих убеждений; он не станет искать новых путей, он не станет бороться за новые истины, а без такой борьбы… человечество не сможет идти вперед и совершенство окажется недостижимо»[614]. Несомненно, Коллонтай говорила о самой себе. Но в то же время она начала видеть связь между своей судьбой и жизнью вне ее социального класса; как она впоследствии признавалась, ей было все труднее «жить счастливой, мирной жизнью, в то время как трудящееся население подвергалось такому ужасному порабощению»[615]. К тому моменту, когда в Петербурге в 1905 г. вспыхнула революция, Коллонтай уже получила большую известность своими выступлениями в учебных рабочих кружках и на митингах социалистических активистов.

Во время первой русской революции Коллонтай написала для рабочих две брошюры, в которых излагала марксистские представления о коммунистическом будущем и о путях к его построению. Она объясняла, что в коммунистическом обществе будут ликвидированы «все современные несправедливости и бедствия», потому что производство будет вестись «для общественного и личного потребления», а не ради частной коммерческой выгоды, и на смену капиталистическому духу конкуренции и эгоизма придет коммунистический дух сотрудничества и общего блага. Коллонтай утверждала, что это вовсе не фантазии или «пустые мечты». Напротив, история человечества доказывает, что «все хозяйственные порядки, все отношения людей» можно «перестроить». Но в то же время история учит нас тому, что для перестройки всех порядков требуется нечто большее, помимо «доброй воли людей». Для этого необходимы коллективные усилия масс «новых людей»: трудящихся людей с присущим им духом сотрудничества и равенства, а также возмущения и ненависти к угнетению, порождаемых самими условиями их нынешнего существования[616]. Как указывала Коллонтай, сама жизнь знакомит рабочих со всей пагубностью неравенства и угнетения и «бессознательно, инстинктивно» создает альтернативные идеалы, «классовую психологию», которая сыграет роль «главнейшего орудия в историческом процессе»[617].